Книга выпущена
издательством "Ломоносов".

Страница книги на сайте издательства

Купить книгу:
Интернет-магазин издательства
Sprinter
BiblioGlobus
Лабиринт
MyShop
Ozon

Первые свидетельства существования мифических животных относятся к эпохе верхнего палеолита – именно в это время художники начинают рисовать их на стенах пещер. Рассказы о них сохранили бесчисленные мифы. О фантастических существах писали древние авторы, их встречали во время своих странствий путешественники и паломники. В средние века их охотно изображали геральдисты и описывали в своих «бестиариях» литераторы. Потом интерес к мифическим животным упал, да и встречаться с ними людям приходилось все реже – лишь моряки порой видели их выходящими из морской пучины.

Но двадцатый век неожиданно всколыхнул увлечение фантастическими существами, которые давно канули в Лету. Биологи придумали специальный термин «мифозои» и стали с увлечением изучать их особенности. Кроме того, они занялись конструированием гипотетических существ, которые служат науке, играя роль переходной формы от одного реального типа животных к другому.

О мифических животных, об их взаимоотношениях с людьми и об истории их изучения рассказывает новая книга двух авторов, работающих под общим псевдонимом Олег Ивик.


    

История и зоология
мифических животных


Олег Ивик

Оглавление

От авторов

Древний Ближний Восток

Порождения Геи

Дети Ехидны

Подданные Посейдона

Жители Ойкумены

По следам античных путешественников

Мифозои земные и райские

У кельтов и норманнов

Драконы

В Поднебесной и ее окрестностях

Обитатели вод

Библиография

Указатель мифозоев



Отрывки из книги


От авторов

Самые ранние свидетельства существования мифических животных относятся к эпохе верхнего палеолита – именно в это время художники начинают рисовать их на стенах пещер. Одним из первых таких существ на территории нашей страны можно, вероятно, считать дракона из знаменитой Каповой пещеры на Урале – он появился на ее стене около пятнадцати тысяч лет тому назад.

О том, откуда взялись мифические чудовища, существуют разные точки зрения. Например, античный философ и врач Эмпедокл в пятом веке до н.э. видел причину их происхождения в том, что в древности разные части человеческих и животных тел существовали сами по себе:

Выросло много голов, затылка лишенных и шеи,
Голые руки блуждали, в плечах не имея приюта,
Очи скитались по свету, одни, безо лбов сиротея.

Соединяясь друг с другом, эти элементы образовывали чудовищ, в том числе подобных знаменитому Минотавру:

Множество стало рождаться двуликих существ и двугрудых,
Твари бычачьей породы являлись с лицом человека…

Сомневаться в реальности такого рода животных было достаточно трудно: о них повествовали бесчисленные мифы всех народов земли, их подробно описывали не только мифографы, но и географы, историки, путешественники, энциклопедисты… В средние века они на равных правах с реальными животными наполняют бестиарии – своего рода зоологические справочники. На Руси мифические животные подробно описаны в азбуковниках – предках энциклопедических словарей – и лубочных картинках.

В двадцатом веке животными этими неожиданно заинтересовались биологи. Во всем мире начали издаваться научные работы, посвященные их зоологии, физиологии, способам размножения… В России одним из основоположников новой науки стал доцент кафедры медицинской биологии СПБГМА им. И.И. Мечникова, А.П. Римский-Корсаков. Его дело продолжила профессор, доктор биологических наук О.М. Иванова-Казас – ведущий российский специалист не только по эмбриологии животных обычных, но и по биологии животных мифических. Она ввела в научный оборот термин Mythozoa (мифозои) по аналогии с Metazoa и издала ряд книг и статей, посвященных общим вопросам их изучения.

Не удовлетворяясь уже существующими мифозоями, биологи для обоснования своих построений стали изобретать новые гипотетические существа, играющие роль «промежуточного звена» от одного реально существующего типа животных к другому. Немалый вклад в создание новых мифозоев и в их расселение по планете внесли журналисты. 


О мифических животных, об их взаимоотношениях с людьми и об истории их изучения рассказывает новая книга двух авторов (Ольги Колобовой и Валерия Иванова), работающих под общим псевдонимом Олег Ивик. Тема этой книги не случайна: и Ольге, и Валерию неоднократно приходилось встречаться с мифозоями в реальной жизни. Участвуя в археологических раскопках, они находили фигурки мифических животных в курганах скифского времени. На ролевых играх они вступали с такого рода животными в самый прямой контакт, и Ольге довелось однажды сразить пылающей стрелой дракона, который парил на тросе над лесной поляной. Дракон загорелся, прожег трос и упал на траву, едва не устроив лесной пожар, а авторы (будущие) настоящей книги убедились, что в обращении с мифозоями требуется крайняя осторожность.

Одной из основных проблем, с которой столкнулись авторы, оказался вопрос о том, кого из мифических существ следует причислять к мифическим животным (ибо именно животными было решено ограничить рамки книги). Известно множество персонажей, которые, при наличии, например, хвоста или кошачьей головы, являются тем не менее богами и духами, и отнести их к животным было бы некорректно. В то же время существует немало мифических животных, которые по своему строению ничем не отличаются от животных настоящих (например, волк Ивана-царевича), и вопрос о том, найдется ли для них место в настоящей книге, долгое время оставался открытым. А куда отнести искусственных животных, которые издавна обитали в мифах, – например, золотых собак, сооруженных Гефестом для охраны дворца царя Алкиноя? Как собаки они безусловно относятся к животным, как герои мифа – к животным мифическим, как бессмертные существа – к богам, но по материалу, из которого они сделаны, их следует отнести не к мифозоям, а к роботам, причем даже не к биороботам…

Но по мере работы над книгой, вопрос разрешился сам собой. Количество мифозоев, с которыми авторам хотелось поближе познакомить читателей, оказалось так велико, что для спорных существ места уже не нашлось. Не нашлось его и для многих мифозоев весьма бесспорных, ибо их количество почти бесконечно, и для жителей некоторых мифологических систем в книге попросту не нашлось места. Авторы проявили волюнтаризм и решили ограничиться рамками тех культур, которые им наиболее интересны и знакомы (или кажется, что знакомы).

Поскольку книга эта предназначена для чтения и справочником не является, авторы позволили себе упростить некоторые специальные вопросы истории и особенно – экологии и физиологии мифозоев. При цитировании исторических документов авторы намеренно убрали скобки, которыми отмечены сомнительные или темные для перевода места, – таким образом текст, без изменения его смысла, стал легче читаться. Хочется верить, что эти и другие подобные упрощения не вызовут нареканий со стороны серьезных читателей, – им авторы рекомендуют обратиться к списку использованной литературы, приведенному в конце книги, и изучить вопрос по более солидным источникам.


Авторы благодарят участника 54-й Российской Антарктической Экспедиции, биолога В.Л. Сёмина, который проконсультировал их по некоторым сложным вопросам классификации мифозоев, в частности кентавров и драконов. Он же внес ясность в проблему «Переворачивателя пингвинов», объяснив, что это существо, о котором повествует фольклор антарктических экспедиций, является не мифическим животным (как ошибочно утверждают некоторые весьма уважаемые авторы), а профессией (правда, столь же мифической и проистекающей из уверенности профанов, что пингвины, задирающие голову для обозрения самолетов и вертолетов, падают на спину и уже не могут перевернуться обратно). В результате книга лишилась весьма занимательного мифозоя, но зато приобрела более строгий научный характер.

Авторы также благодарят кандидата филологических наук, сотрудника Института Восточных Культур и античности РГГУ Д.О. Торшилова за разъяснение спорных мест в текстах античных авторов и за консультации по поводу личной жизни Ехидны.


Древний Ближний Восток

О том, кого в Древнем Египте можно и кого нельзя отнести к мифическим животным, авторы настоящей книги вели долгие и бесплодные споры. С одной стороны, беременная самка бегемота, имеющая женские руки и грудь и задние лапы (а иногда и голову) льва, безусловно относится к таковым. Но с другой стороны, существо это, по имени Таурт, было богиней, причем богиней, придерживающейся самого гуманистического мировоззрения – она покровительствовала женщинам и детям, помогала при родах и лечила от бесплодия, и назвать ее животным – значило бы проявить к ней крайнее неуважение. Бог Тот имел голову ибиса, но голова эта была полна ученых мыслей и высоких помыслов: он покровительствовал писцам и врачам, создал письменность и календарь, научил людей счету, ведал архивами и библиотеками и считался автором некоторых священных книг, что для животных, даже и мифических, не вполне характерно. Список этот можно продолжать почти до бесконечности – едва ли не все боги Древнего Египта имели или животный облик или, по крайней мере, голову животного.

(…)

В «Текстах саркофагов» и в «Книге мертвых» подробно, с картами и рисунками, со шпаргалками правильных ответов на вопросы судей, описано все то, что надо было знать путешественнику по загробному миру Египта. Естественно, что здесь же описаны и те животные, которые представляли наибольшую опасность. Среди них можно отметить крокодилов, которые водились в подземном Ниле точно так же, как и в обычном, и бегемотов, которые представляли совершенно особую популяцию, опасную не только для покойных, но и для богов (наземные бегемоты ни для тех, ни для других опасности не представляют). Обитали в Дуате и животные, не имеющие аналогов в наземном мире. Так, в самом начале пути покойного поджидал вооруженный ножом страж-крокодил с головой барана, носивший длинное имя «Тот, кто отражает оскверненного», – его задачей было не пропустить в сторону Огненного острова тех, чти прегрешения заведомо не давали им права на суд Осириса. Водился здесь и некий «Пожиратель ослов» – кто он такой и как выглядел, авторы настоящей книги установить не смогли, но он, судя по всему, мог сожрать не только осла, но и покойного египтянина, пробиравшегося на Огненный остров с заветным папирусом в руке. Очень опасен был и «Поглотитель миллионов» – для того, чтобы избегнуть встречи с ним, покойный должен был произнести следующую молитву:

«О Ра-Атум, владыка Великого Дома, Властелин всех богов, живой, невредимый и здоровый! Избавь (имярека) от этого бога, чье лицо — морда борзой, но чьи брови — человечьи и который живет жертвами. Он из тех, кто у изгибов озера пламени, кто глотает тела и похищает сердца-хат, кто наносит раны, будучи невидимым. Кто это? Его имя — Поглотитель Миллионов».

(…)

В Двуречье с древнейших времен обитало огромное количество безымянных мифозоев, составленных из разных частей обычных животных. Сегодня уже трудно сказать, были ли это существа с устойчивыми признаками, передающимися из поколения в поколение, и имеющие каждое – свое название и свою мифологию, или же бурная фантазия древних художников Месопотамии вызывала к жизни все новые и новые формы каждый раз, когда они брались за резец. Многие из этих животных обитали не столько в мифах и легендах, сколько на изображениях, особенно на печатях,  которые были очень популярны у древних шумеров и аккадцев, – здесь орлиные тела увенчаны львиными головами, у людей, имеющих львиные бедра и ноги, хвосты заканчиваются головами змеи, быки, выступающие на задних лапах, имеют мужские торсы и руки, а у тривиального козла оказываются две головы…

Эта традиция формирования мифозоев продолжалась на протяжении тысячелетий. Например, в построенном ассирийским наместником города Ур в седьмом веке до н.э. храме богини Нингал под полом были установлены многочисленные кирпичные коробочки (своего рода «собачьи будки»), в каждой из которых обитало небольшое существо, слепленное из глины и раскрашенное. Среди них – не только люди, собаки и змеи, но и грифоны, человеческие фигуры со львиными или бычьими головами, люди с ногами быков, рыбы с головами людей… Жили сторожа тесновато, но кормили их, видимо, исправно – археологи нашли перед каждой статуэткой зерна ячменя и косточки мелких животных. Поскольку храм этот был построен на месте прежнего храма, посвященного той же Нингал, ученые допускают, что и сторожа перешли на новое место жительства из старого храма, и что, возможно, они жили в подполье с незапамятных времен.

(…)

Персы принесли в Месопотамию и своих собственных мифических животных, родившихся в недрах зороастризма; многие из них обеспечивали порядок в системе мироздания. Так, было известно, что в самом центре мирового океана стоит пречистый белый осел Хора. От обычных представителей семейства лошадиных он отличается прежде всего своими размерами: под каждым из его копыт может поместиться тысяча всадников, а когда Хора окунается в воду, начинается шторм. Кроме того, осел замечателен тем, что у него три ноги, шесть глаз и один золотой рог, на котором растет тысяча рожек поменьше. Такое количество рожек связано с тем, что ими уникальное животное убивает злых духов – дэвов, которые, стараниями Ахримана (Ангхро Майнью), олицетворения мирового зла, во множестве расплодились в мире. Что же касается существ полезных, то Хора сам способствует их размножению: когда он кричит, у них начинается брачный период. В одном из канонических зороастрийских текстов, «Дадестан-и Меног-и Храд» (Суждения Духа разума), о выдающемся животном также говорится, что оно служит природоохранным целям: «и всякую воду, которая льется на труп, менструальные выделения и другие экскременты, когда они достигают трехногого осла, — он все своим взглядом очищает и освящает». Согласно другой версии, очищение вод происходит, когда Хора мочится, – видимо, не только сам осел, но и его моча обладает замечательными качествами. Интересно, что хотя для трехногого осла свойственны телесные отправления, в пище он не нуждается. Жизненную силу в нем поддерживают Атар (одна из священных стихий и нематериальная субстанция, разлитая по Космосу) и Истина (вселенский закон, регулирующий природные и общественные процессы).


Порождения Геи

Первыми животными греческой вселенной можно, с определенными натяжками, назвать братьев-гекатонхейров, Котта, Бриарея (Гомер уточняет, что люди, в отличие от богов, зовут его Эгеоном) и Гиеса, родившихся  от Геи-земли и Урана-неба. Подробное описание их приводит Гесиод в «Теогонии»:

Целою сотней чудовищных рук размахивал каждый
Около плеч многомощных, меж плеч же у тех великанов
По пятьдесят поднималось голов из туловищ крепких.
Силой они неподступной и ростом большим обладали.

Сами братья, вероятно, считали себя богами, а может быть и титанами – с этим именем вошло в мифологию поколение богов, рожденных от Урана и Геи. Но современная наука расставила точки над i. Доктор биологических наук О.М. Иванова-Казас, несмотря на высокое происхождение гекатонхейров и их определенную гуманоидность (она относит их к классу Anthropomorpha – человекообразные), тем не менее причислила божественных братьев к древовидным колониям многоклеточных животных, отдельные особи которых (зооиды) сохраняют органическую связь друг с другом. Биолог предположила, что у гекатонхейров, помимо пятидесяти голов, существовал еще и некий координирующий нервный центр, расположенный в области таза. Но такое обилие мозгов не делало чудовищ умнее, а наоборот, приводило к замедленности реакций – головам было трудно договориться между собой. Известная пословица гласит: «Ум хорошо, а два лучше», – но к пятидесяти умам сразу эта мудрость явно не относится. Примером тому – печальная судьба гекатонхейров, которые, в отличие от своих родных братьев и сестер, так и не смогли выйти «в боги» и навеки остались в подземном мире на положении сторожевых животных.

(…)

Античному миру были знакомы и другие мифозои, по строению близкие к гекатонхейрам. Правда, количество голов и рук у них было значительно меньшим, и это обстоятельство не дает авторам настоящей книги оснований причислить их к животным. Возможно, это были не колониальные организмы, а обычные боги и люди, чье эмбриональное развитие оказалось нарушено. Впрочем, описанные Аполлонием Родосским в «Аргонавтике» эксихейры (буквально «шестирукие»), как и гекатонхейры, были рождены Геей, и это дает основание думать, что их внутриутробное развитие протекало по близкой схеме. Но так или иначе, эксихейры имели только по одной голове. Они жили на малоазийском острове Кизик (сейчас это полуостров Капу-Даг) на берегах Пропонтиды (нынешнее Мраморное море) и напали на аргонавтов, когда те остановились на ночлег неподалеку от них, в земле долионов. Собственно, в этом нападении и заключался весь смысл жизни эксихейров:

Некогда этих ужасных чудовищ богиня вскормила
Гера, супруга великого Зевса, отпором Гераклу.

Геракл был участником похода аргонавтов. Как могла Гера, при всей ее ненависти к сыну Алкмены, за много лет до начала похода узнать о том, что герой окажется на борту «Арго», да еще и вычислить грядущий маршрут корабля и место ночевки, авторам настоящей книги не вполне понятно. Но факт остается фактом: эксихейры попытались исполнить свое мрачное предназначение и, пока ахейские вожди пировали во дворце царя долионов, они камнями преградили кораблю выход из узкой гавани, а потом закидали кусками пористых скал и сам корабль. Отметим, что техника ведения боя у эксихейров в точности совпадает с таковой у гекатонхейров – и те, и другие закидывали противника обломками скал. Но то ли малое количество рук подвело, то ли голов не хватило, но славы в этом бою очередные дети Геи не снискали. Оставшиеся на борту Геракл и молодые ахейцы дали шестируким чудовищам достойный отпор и перебили их всех до единого.

Из текста «Аргонавтики» не ясно, размножались ли эксихейры, или же на Кизике жило единственное их поколение, рожденное Геей и вскормленное Герой. При всех условиях, появились они на свет, в отличие от прочих детей Геи, достаточно поздно. Ведь их божественная кормилица, как и Зевс, как и другие дети Крона, провела детство в утробе собственного отца, пожиравшего свое потомство, и вышла на историческую арену только в шестнадцатом веке до н.э. Гея в те годы была уже очень немолода, миром правили ее внуки, и эксихейры, по-видимому, были последними ее детьми. Возможно, именно поэтому эксихейры, в отличие от других отпрысков Геи, не обладали божественной сущностью и жили на берегах Пропонтиды в качестве простых смертных, отличаясь от обычных людей только количеством рук.

(…)

Пифон стоит того, чтобы сказать о нем несколько отдельных слов. Это был дракон, точнее, гигантский змей, порожденный Геей-Землей. Греки эти два понятия не слишком различали, их драконы были большей частью бескрылыми (хотя существовали и крылатые) и отличались от обычных змей в основном размерами, повадками и разного рода сверхъестественными качествами.

Овидий в «Метаморфозах» уверяет, что зародился Пифон, подобно многим другим существам, от сырости. Знаменитый римлянин считал, что сочетание сырости и жара способствует самозарождению живых существ (в чем легко убедиться, перевернув нагретый на солнце камень и обнаружив кишащую под ним жизнь). Аналогично, без участия отца и помимо воли матери и был рожден чудовищный Пифон:

Так, лишь потоп миновал, и земля, покрытая тиной,
Зноем небесных лучей насквозь глубоко прогрелась,
Множество всяких пород создала — отчасти вернула
Прежние виды она, сотворила и новые дивы.
И не хотела, но все ж, о огромный Пифон, породила
Также тебя, и для новых людей ты, змей неизвестный,
Ужасом стал: занимал ведь чуть ли не целую гору!

Столь сомнительное происхождение не помешало Пифону занять достаточно почетную должность. Согласно Павсанию, дракон был поставлен Геей-Землей сторожем дельфийского святилища, известного своими знаменитыми оракулами. А мифограф первого–второго веков н.э. Гигин утверждает даже, что сам Пифон и занимался здесь прорицаниями. Но его жреческая карьера длилась недолго: Аполлон застрелил дракона из лука, после чего учредил в его честь знаменитые «Пифийские игры».

(…)


Дети Ехидны

Дети Ехидны, как мы уже говорили в предыдущей главе, славились исключительным биологическим разнообразием, которое трудно объяснить с точки зрения современной генетики. Но при этом некоторые из них сохранили определенное сходство со своими предками в том, что касалось обилия дополнительных голов. Кроме того, многие из этих детей унаследовали змеиные черты, а трое – Лернейская гидра и два сторожевых дракона – даже превзошли в этом родителей, оказавшись начисто лишенными гуманоидных признаков. С этой троицы мы и начнем наше повествование об отпрысках знаменитого семейства.

Лернейская гидра была, судя по всему, достаточно примитивным животным. Если все мифозои, описанные в предыдущей главе, – и гекатонхейры, и гиганты, и Тифон с Пифоном, и даже загадочная Кампа – безусловно обладали зачатками разума, а некоторые были в полном смысле этого слова разумны, то гидра осталась в истории как существо напрочь лишенное интеллекта. Интересно, что античные авторы, которые не используют слово «животное» по отношению, например, к гекатонхейрам, а Ехидну даже деликатно именуют нимфой, Лернейскую гидру единодушно называют именно животным.

Гидра эта обитала в болтах Лерны в Арголиде; Аполлодор сообщает, что «у нее было огромное туловище и девять голов, из которых восемь были смертными, а средняя, девятая, — бессмертной». Птолемей Гефестион, греческий писатель второго века н.э., добавлял, что средняя голова Гидры была золотой. По поводу общего количества голов, разные авторы сообщают противоречивые сведения. Древний комментатор Гесиода пишет, что согласно Симониду, голов у Гидры могло быть пятьдесят. Еврипид в трагедии «Геракл» называет ее «чудище стоглавое». Диодор Сицилийский пишет, что у Гидры «из единого туловища вырастало сто шей, оканчивавшихся змеиными головами». Но чаще всего называется цифра девять, и лишь Павсаний остается при особом мнении, уверяя, что голова у Гидры была только одна, а остальные придуманы поэтом Писандром из Камира «для того, чтобы это животное показалось более страшным и его поэма оказалась более интересной». Писандр, живший в шестом веке до н.э., действительно был, возможно, первым автором, сосчитавшим головы знаменитой Гидры (Гесиод об их количестве не пишет, а остальные упоминания относятся к более позднему времени). Но от поэмы Писандра «Гераклия», где, вероятно, было подробно описано редкостное животное, до наших дней дошли ровно три с половиной строки, в которых о Гидре нет ни слова. И теперь остается только гадать, откуда пошла информация о ее многочисленных головах и сколько же их было на самом деле.

Но интересно другое: головы Гидры (и в этом античные авторы единодушны) обладали удивительным свойством – по словам Диодора, «на месте каждой срубленной головы вырастали две новые, поэтому гидра казалась неуязвимой и не без основания, поскольку раненая часть тут же становилась сильнее вдвое». Кроме того, как сообщает Гигин, «ее яд имел такую силу, что она убивала людей дыханием, а если кто-нибудь проходил мимо нее, когда она спала, то дула на его следы и он умирал в ужаснейших мучениях».

Но злонравная Гидра не ограничивалась изведением тех людей, которые имели неосторожность оставлять следы возле ее логова. По словам Аполлодора, она «ходила на равнину, похищая скот и опустошая окрестные земли». Гидра эта причиняла, надо полагать, немало неприятностей жителям Арголиды, по крайней мере тем из них, что жили вблизи истоков реки Амимоны – именно здесь, по сообщению Павсания, обитало чудовище. Во времена автора «Описания Эллады» (второй век н.э.) еще можно было видеть платан, под которым, «как говорят, выросла знаменитая гидра». Время ее обитания известно довольно точно: родилась она, как и другие дети Ехидны, судя по всему, в первой половине шестнадцатого века до н.э., вскоре после Титаномахии. А гибель ее от рук Геракла могла случиться в первой половине или середине тринадцатого века до н.э.

Потомства Гидра, судя по всему, не оставила – по крайней мере, авторам настоящей книги о нем ничего не известно. Впрочем, не исключено, что животное это было способно к размножению, в том числе и к бесполому (ее крохотные тезки, живущие в пресноводных водоемах, могут размножаться в том числе почкованием).

(…)

Еще одной знаменитой дочерью Ехидны была Сфинга, более известная русскоязычному читателю как Сфинкс. Но использование мужского рода применительно к Сфинге – лишь дань традиции, проистекающей из давней ошибки перевода (современные переводчики эту традицию поддерживают далеко не всегда). Греческая Сфинга и грамматически, и по строению тела, и, наконец, потому, что ее часто называют «девой», – безусловно была женского рода. Впрочем, слово «дева» к ней можно применить весьма условно, поскольку девичьим у чудовища было только лицо. Тело ее было львиным, причем к нему крепились мощные птичьи крылья.

О.М. Иванова-Казас, анализируя строение Сфинги с точки зрения биолога, замечает: «Сфинкс безусловно очень красивое и гармоничное на вид существо, но насколько оно жизнеспособно? Нетрудно убить человека львиными лапами, но как его съесть без всякой предварительной обработки, имея человеческие челюсти и зубы? И зачем ему крылья?»

В том, что касается питания экзотического животного, исследовательница, безусловно, права (хотя сама Сфинга, вопреки биологической науке, исправно питалась, пожирая людей). Что же касается крыльев, то сохранились свидетельства о том, что Сфинга прекрасно и не без пользы для своего охотничьего промысла летала. Недаром римский поэт первого века н.э. Стаций называет ее «летуньей». Еврипид в трагедии «Финикиянки» описывает, как Сфинга

Потомков великого Кадма
В когтях уносила хищных
К сиянью лазури вечной...

(…)


Подданные Посейдона

Одним из самых загадочных и противоречивых чудовищ античного бестиария по праву считается Сцилла (Скилла). Про нее нельзя с уверенностью сказать почти ничего: ни кто ее родители, ни как она выглядела, ни как завершила свой жизненный путь. Противоречива информация о ее семье, детях, возлюбленных... Упоминаются поклонники Сциллы-женщины (причем, разные авторы называют разные имена), но с той поры, как она превратилась в чудовище, личная жизнь у нее, судя по всему, не складывалась, по крайней мере о ней ничего не известно. Впрочем, бытование Сциллы в качестве прекрасной девы и дальнейшее превращение ее в чудовище тоже не бесспорны. Многие авторы считают, что Сцилла родилась уже в том виде, в каком ее позднее застал Одиссей, – с несколькими собачьими головами и неизвестно чьим хвостом. Но и этот ее вид разные авторы описывают по-разному.

И лишь образ жизни и рацион Сциллы античные писатели излагают сходно: она сидела на скале над морем и своими многочисленными головами хватала и пожирала все, что проплывало мимо, будь то рыба, дельфин или мореход. Но по поводу того, как она дошла до жизни такой, тоже существуют самые противоречивые мнения.

(…)

Еще одним жителем моря, причинявшим людям немало неприятностей, был неведомый зверь (часто именуемый «кит»), которого Посейдон послал в Эфиопию во устрашение и для наказания Кассиопеи, жены царя Кефея. Гигин утверждает, что царица провинилась, поскольку «считала, что ее дочь Андромеда красивее нереид». Аполлодор излагает близкую точку зрения: «Причиной было, что Кассиопея, жена Кефея, вступила в спор о красоте с нереидами и хвалилась тем, что она красивее всех на свете. По этой-то причине и разгневались нереиды, а Посейдон, гневаясь вместе с ними, наслал на эту землю наводнение и чудовище». Но чья бы красота ни была причиной божественного гнева, чудовище появилось у берегов Эфиопии.

Возможно, оно и по сей день наводило бы ужас на несчастных эфиопов, поскольку Посейдон не был склонен прощать обиду, но в дело неожиданно вмешался бог соседнего Египта, Амон (греки называли его «Аммон» и отождествляли с Зевсом). Дело происходило в четырнадцатом веке до н.э. (дату эту дает подсчет поколений потомков Персея вплоть до Троянской войны),  Аммон пребывал в зените своей славы и на вершине власти и мог позволить себе вмешаться в конфликт, который его напрямую не касался, – формально ни на Посейдона, ни на Эфиопов его власть не распространялась. Аполлодор пишет: «...Бог Аммон вещал, что избавление от бедствия наступит тогда, когда дочь Кассиопеи Андромеда будет отдана на съедение чудовищу. Жители Эфиопии заставили тогда Кефея сделать это, и он привязал свою дочь к скале».

В это время над Эфиопией пролетал на крылатых сандалиях Персей, недавно убивший горгону Медузу и прихвативший с собой ее смертоносную голову. «Увидев Андромеду, Персей влюбился в нее и дал обещание Кефею убить чудовище, если спасенная Андромеда будет отдана ему в жены. Получив от Кефея клятву соблюсти это условие. Персей вступил в поединок с чудовищем, убил его и освободил Андромеду».

Ход битвы Аполлодор не описывает, но его очень подробно излагает Овидий. По версии римлянина Персей не стал пускать в ход голову Медузы – он поражал чудовище мечом с воздуха. Этой же точки зрения в основном придерживаются и другие античные авторы. Тем не менее, в современной литературе бытует расхожее мнение, что Персей превратил «кита» в скалу у берегов Африки. Версия эта кажется достаточно логичной: зачем вступать в опасную битву, если можно всего лишь расстегнуть сумку и достать смертоносную голову. Но не надо забывать, что за поединком наблюдала Андромеда, на которую Персей безусловно хотел произвести впечатление. А крылатые сандалии и так давали ему огромное преимущество перед злополучным животным. Авторы настоящей книги нашли в античных источниках одно-единственное упоминание о том, что Персей превратил «кита» в камень – об этом во втором веке н.э. пишет Лукиан Самосатский в «Морских разговорах». Но и он сообщает, что герой сначала поразил чудовище «оружием» и уже потом достал знаменитую голову – видимо, желая увековечить свой подвиг в камне.

В русскоязычной литературе животное, покусившееся на Андромеду, иногда именуется китом, – во всяком случае, именно Китом называют посвященное ему созвездие. Но это не вполне точно, и видовая принадлежность данного мифозоя остается под вопросом. Чудовище, судя по всему, было достаточно приспособлено к жизни на суше, поскольку, по сообщению Филострата Старшего, «истребляло на земле стада и людей». Строение его наиболее подробно описано у Овидия: автор «Метаморфоз» упоминает  плечи, «хребет с наростами раковин полых», «ребра с обоих боков и место, где хвост, утончаясь, рыбьим становится» – именно эти части тела, выступавшие из воды, поражал с воздуха Персей во время битвы со зверем. По-видимому, животное было глубоководным – Овидий называет его «чудище бездны морской». Из того, что Персей, сражаясь с чудовищем, стремился избегать «жадных укусов», можно составить представление о зубастой пасти животного. Гигин в «Астрономии» отмечает «непомерную величину его тела» – именно это стало одной из причин того, что «кит» был помещен среди созвездий.

(…)


Жители Ойкумены

Помимо бескрылых драконов (или гигантских змей), непосредственно связанных с землей (Геей) и водой, в античном мире существовали и драконы, принадлежавшие к стихии воздуха (редкая в Греции крылатая разновидность), а также и такие, которые не были напрямую связаны ни с одной из этих стихий. Среди последних особенно широко известен дракон (известный как дракон Кадма), обитавший в Беотии, возле источника, посвященного богу войны, Аресу. Сам дракон, возможно, был сыном этого бога, – некоторые авторы, например, Аполлодор и Гигин, высказывают такую точку зрения. Во всяком случае, чудовище отличалось крайней воинственностью. Когда Кадм, собиравшийся основать в этих местах город (будущие Фивы), послал своих людей к источнику за водой, то, как сообщает Аполлодор, «дракон, охранявший этот источник, ...растерзал многих из посланных». Овидий описывает это в «Метаморфозах»:

Камни в приземистый свод сходились, оттуда обильно
Струи стекали воды; в пещере же, скрытый глубоко,
Марсов змей обитал, золотым примечательный гребнем.
Очи сверкают огнем; все тело ядом набухло,
Три дрожат языка; в три ряда поставлены зубы.

Стоило спутникам Кадма приблизиться к воде, как «протянул главу из пещеры иссиня-черный дракон и ужасное издал шипенье». После чего змей, «единым прыжком изгибаясь в огромные дуги» и поднимаясь до самого неба, расправился с бедными водоносами:

Одних убивает укусом иль душит,
Тех умерщвляет, дохнув смертельной заразою яда.

Кадм, решивший узнать, почему его спутники так долго не возвращаются, застал у источника змея, который «кровавым лизал языком их плачевные раны». Будущий фиванский царь не стерпел обиды, схватил огромную каменную глыбу, которой можно было бы сокрушить крепостные стены, и бросил в злокозненное животное. Змей остался невредим, поскольку был «чешуей защищен, как некой кольчугой», но Кадм пустил в ход дротик, и чешуя дракона не выдержала. 

(…)

Еще одними крылатыми существами, подробно описанными античными авторами, были гарпии. Информация об этих созданиях разнообразна и противоречива. Гесиод упоминает о двух гарпиях, Аэлло и Окипете, – он называет их кудрявыми и пишет:

Как дуновение ветра, как птицы, на крыльях проворных
Носятся Гарпии эти, паря высоко над землею.

Разные авторы называют разное количество гарпий, обычно их количество не превышает пяти. Обитали они, как пишет Гигин, на Строфадских островах в Ионическом море. По сообщению Гесиода, гарпии были дочерьми морского божества Тавманта и океаниды Электры и приходились родными сестрами Ириде – вестнице Зевса (тоже крылатой). Ничего порочащего о гарпиях Гесиод не пишет, вероятно, в его представлении они были весьма достойными крылатыми девами. Вполне доброжелательно упоминает одну из гарпий, по имени Подарга, и Гомер – ее внешний облик он не описывает, но сообщает, что она была матерью коней, принадлежавших Ахиллесу. Отцом коней назван «быстрый ветер Зефир». Не вполне понятно, почему дочь и сестра богов родила (от бога же) упряжных коней, пусть даже быстроногих и бессмертных, – в Илиаде описывается, как возница Ахиллеса самым непочтительным образом ставит их под ярмо. Тем не менее, о самой гарпии Гомер отзывается вполне уважительно. Кстати, кони – дети гарпии и ветра Борея – упомянуты и у Нонна Панополитанского. Это говорит о том, что боги ветров отнюдь не считал для себя зазорным вступить с гарпиями в любовные связи. Но другие авторы описывают сестер уже в совершенно иных красках.

Гигин сообщает о гарпиях: «Они, говорят, были с куриными головами, покрытые перьями, с крыльями, но с человеческими локтями, с большими когтями и куриными ногами, а грудь, живот и бедра человеческие». Вергилий в «Энеиде» пишет:

Нет чудовищ гнусней, чем они, и более страшной
Язвы, проклятья богов, из вод не рождалось Стигийских.
Птицы с девичьим лицом, крючковатые пальцы на лапах;
Все оскверняют они изверженьями мерзкими чрева,
Щеки их бледны всегда от голода.

Но кто бы ни был прав в описании внешнего облика гарпий, и каковы бы ни были их головы – кудрявые девичьи или куриные – целый ряд авторов (исключая Гомера и Гесиода) сходятся на том, что гарпии запятнали себя достаточно неэтичными поступками. Аполлодор, описывая судьбу некоего гонимого богами Финея, сообщает:

«Помимо того, боги наслали на него Гарпий. Это были крылатые существа, и каждый раз, как для Финея накрывали стол, они стремглав спускались с неба и похищали большую часть еды, а то немногое, что оставалось на столе, заражали таким зловонием, что есть это было невозможно. Когда аргонавты обратились к Финею с просьбой указать им путь по морю, он обещал выполнить их просьбу, если они избавят его от Гарпий».

(…)

В античном мире существовали чудовища, которых трудно отнести непосредственно к животному миру, потому что они могли менять облик и иногда представали перед людьми в виде прекрасных женщин. Но они же бывали и страшными чудовищами, чья внешность, впрочем, почти не описана. Речь идет о Ламии и Эмпусе. Сведения об этих существах очень фрагментарны, неизвестно даже, были ли это видовые названия или имена. Некоторые авторы упоминают вполне конкретную деву Ламию, превращенную в зверя в результате своих любовных приключений. Некоторые говорят о ламиях как о виде вампиров и каннибалов. Об Эмпусе вообще почти ничего неизвестно, но писатель второго–третьего веков Флавий Филострат (дядя упомянутого выше Филострата Старшего) считал это видовым названием и в своей «Жизни Аполлония Тианского» писал об «одной из эмпус», которая относилась к существам, называемым ламиями (в русском переводе Е.Г. Рабинович – упырями).

Ламии, независимо от того, были они эмпусами или нет, изучены несколько лучше последних. Известны упоминания о Ламии, дочери Посейдона, – о ней пишет, например, Павсаний. Географ не сообщает о своей героине ничего порочащего,  о ее уродствах или звериной сущности умалчивает; напротив, по его словам Ламия эта вступила в связь с Зевсом, а мы знаем, что царь богов был эстетом и выбирал для своих любовных утех самых красивых женщин, нимф и богинь. От этой связи родилась некая Сивилла, которая «из женщин... первой стала петь свои предсказания». Произошло это, как пишет Павсаний, «в самые древние времена», задолго до Троянской войны. Поскольку Сивилла, дочь Ламии, проживала в Ливии, можно предположить, что и сама Ламия обитала там же.

В схолиях к Аполлонию вскользь упоминаются две Ламии – ливийская и дочь Посейдона (хотя с точки зрения авторов настоящей книги это могло быть одно и то же лицо). В схолиях к Аристофану говорится, что Ламия была дочерью некоего Бела и Ливии.

Но независимо от того, жила ли возлюбленная Зевса в Ливии и была ли она дочерью Посейдона, судьба красавицы оказалась достаточно незавидной. Гераклит пишет: «Рассказывают, что когда Зевс с ней соединился, Гера превратила ее в зверя, и что, когда она безумствует, то вынимает глаза и кладет их в чашку, питается мясом и ест людей». Правда, Гераклит был человеком с атеистической жилкой и поверить в превращение красавицы в зверя не мог. Он предложил свою версию происходящего (имея в виду, что Зевс и Гера тоже были царями, а не богами): «Было же, наверное, так. Так как Ламия была хороша собой, то царивший Зевс с ней соединился, а Гера, похитив ее, вырвала у нее глаза и забросила их в горы. Вследствие этого Ламия жила, бедствуя и нигде не находя помощи. Поэтому, когда она скиталась в одиночестве, немытая и неухоженная, можно было принять ее за зверя».

Диодор Сицилийский тоже сообщает вполне материалистическую точку зрения на Ламию, жившую в Ливии. Он считает, что это была царица, отличавшаяся исключительной жестокостью, отчего лицо ее приобрело звериные черты. Поскольку собственные ее дети умерли, то она, завидуя другим матерям, приказала отнимать у них младенцев и убивать их...

Но что бы ни думали по поводу Ламии материалистически настроенные философы, простые гречанки и римлянки, равно как и их дети, смертельно боялись страшного оборотня, который проникал в дома, чтобы воровать младенцев и пить их кровь.

(…)

Интересно, что кентавры имели два комплекта половых органов, один на человеческом торсе и второй на лошадином – эта особенность нередко видна на античных изображениях. Правда, иногда она не просматривается, но это можно отнести за счет скромности или неосведомленности художника. О.М. Иванова-Казас сообщает, что ее коллеги А.П. Римский-Корсаков и Н.Н. Кондаков, обсуждая внутреннюю организацию кентавра, допускали «одновременное существование двух мощных сердец (человеческого и лошадиного), но у них были сомнения относительно половой системы». Кстати, сама исследовательница придерживается ошибочной, по мнению авторов настоящей книги, точки зрения на проблему половой жизни кентавров. Она пишет: «В классической литературе кентавры женского пола не упоминаются — получается совершенно беспрецедентная с биологической точки зрения ситуация — вид кентавров представлен только самцами и его воспроизведение осуществляется с помощью самок другого вида».

Авторы настоящей книги нашли в античной литературе неоднократные (хотя и не слишком частые) упоминания о самках кентавров. Имеются и их изображения. Интересно, что у кентавров женского пола дублировались молочные железы. На знаменитой картине жившего в пятом веке до н.э. художника Зевксиса были изображены кентаврессы, кормящие своих детей. Картина до наших дней не дошла, но ее подробное описание оставил Лукиан:

«На цветущем лугу изображена сама кентавресса, лошадиной частью тела она целиком лежит на земле, вытянув назад задние ноги, вся же человеческая, женская половина ее легко приподнята и, словно пробудившись, опирается на локоть... Одного из детенышей она держит, подняв на руки, и кормит по-человечески, давая ему женскую грудь, другой, как жеребенок, припал к лошадиным сосцам».

Заблуждение современных биологов по поводу того, что кентавры были представлены особями только одного пола, вероятно, разделяли и некоторые жители древней Греции. Возможно, это было связано с тем, что самки кентавров действительно редко упоминаются в литературе. Это дало основание Филострату Старшему написать специальное эссе, посвященное вопросу размножения кентавров.

(…)


По следам античных путешественников

В предыдущих главах настоящей книги речь шла о существах в полном смысле этого слова мифических – все они были более или менее активными участниками событий, донесенных до нас античной мифологией. Но авторам представилось, что будет несправедливым пренебречь и животными, которые никакими конкретными подвигами (или преступлениями) себя не прославили, в поле зрения мифографов не попали, но чья историчность (или, скорее, «биологичность») остается под столь же большим вопросом. Сегодня, пожалуй, можно с полной уверенностью сказать, что двухголовая амфисбена, крылатый василиск или таранд, умеющий менять цвет своего меха, тоже не существовали на самом деле, и это дает им право появиться на страницах настоящей книги, несмотря на то, что сообщают о них не аэды и мифографы, а историки, географы и путешественники. И описанная на рубеже четвертого и пятого веков до н.э. Ктесием мантикора, обладающая телом льва и головой человека, ничуть не хуже воспетой Гесиодом и Еврипидом Сфинги, с той лишь разницей, что последняя имела еще и крылья и умела загадывать загадки, в то время как мантикора интеллектуальными задатками не отличалась и ограничивалась стрельбой из хвоста.

(…)

Одной из самых знаменитых мифических змей, водившихся в Ливии, был василиск, которого Исидор называл «царем змей», а Солин – «пагубой, равной которой нет на земле». В те времена он еще не приобрел ни петушиной головы, ни жабьего тела, ни крыльев, ни ног (от четырех до восьми), которые позднее появятся у средневековых василисков. По описанию Плиния, это была небольшая змейка, около тридцати сантиметров длиной, с ярко-белой отметиной на голове, напоминающей диадему. Обитала она в Киренаике (северо-восток современной Ливии) и славилась исключительно сильным ядом. Плиний рассказывает, как однажды всадник пронзил василиска копьем, и яд, поднявшись по древку, убил не только человека, но и лошадь. Подобную историю передает и Лукан: римский воин, ударивший василиска копьем, был вынужден немедленно отсечь себе руку возле плеча.

Солин писал о василиске: «Он несет с собой гибель не только человеку и другим животным, но и самой земле, которую это чудовище отравляет и сжигает повсюду, где обитает. Таким образом, василиск уничтожает траву, губит деревья, портит даже сам воздух, так что ни одна птица не может пролететь по воздуху, отравленному губительным дыханием. Когда василиск передвигается, половина его тела ползет по земле, а другая половина круто задрана вверх. Шипения василиска страшатся даже змеи, так что, заслышав его, они поспешно скрываются. Зверь не касается, птица не клюет того животного, что погибло от укуса василиска. Однако над василисками все же берут верх ласки, которых приносят туда люди, запуская их прямо в трещины, в которых они скрываются. Но и мертвый василиск остается ядовитым. Поэтому жители Пергама (Город в Малой Азии. – О.И.) покупали их за большие деньги, чтобы в храм ...не проникали ни пауки, ни птицы».

Несмотря на свою сверхъестественную ядовитость, василиск уже в античные времена имел и другую, столь же опасную особенность: убивать взглядом. Лукан называл его «царь безграничных пустынь – василиск, и без яда губящий». Исидор писал: «Под его взглядом ни одна птица не пролетит невредимо, но как бы далеко она ни была, погибнет в его пасти».

Античные авторы не сообщают о способах борьбы с василисками (кроме использования ласок). Но позднее, в средние века, было достоверно известно, что василиск погибает, увидев свое отражение в зеркале. Смертельным для него был также взгляд или крик петуха. Впрочем, как мы уже писали, средневековые василиски отличались другим строением тела, и сегодня уже трудно сказать, могли ли воины Катона, пересекавшие ливийскую пустыню, спастись от василисков, если бы сообразили взять с собой петухов. Что же касается зеркал, то античные зеркала изготовлялись из полированного металла, без использования стекла, и отличались низким качеством, поэтому они, возможно, и не оказали бы на животных никакого действия.

Первые ливийские василиски появились на свет, судя по сообщению Лукана, из крови Медузы. О размножении василисков античные авторы умалчивают. Средневековые василиски, насколько известно авторам настоящей книги, сами не размножались. На свет же они появлялись из яйца, снесенного петухом и высиженного жабой. Поскольку несение яиц петухами – явление крайне редкое, да и для жаб достаточно нетипично сидеть на яйцах, василиски в средние века были большой редкостью. Что же касается ливийских василисков, то, поскольку в пустыне и петухи, и жабы встречаются редко, есть основания думать, что они размножались естественным для змей способом.

(…)

Весьма интересными существами, обитавшими по самым разным окраинам Ойкумены с древности и по крайней мере по раннее средневековье, были кинокефалы (киноцефалы), или люди с песьими головами. Признаться, авторы настоящей книги поначалу были в сомнениях, можно ли помещать их в книгу о животных и не обидно ли это будет для созданий, носящих, как бы то ни было, имя «люди». Подобные сомнения, кстати сказать, терзали в свое время и Блаженного Августина, который размышлял о том, что есть человек и можно ли возводить к Адаму разного рода биологические диковинки. «А что сказать о кинокефалах, собачья голова которых и лай скорее выдают их за животных, чем за людей?» – вопрошал великий богослов. Августин разрешил свои сомнения в плоскости богословской, но не биологической. Он пришел к неоспоримому выводу, что если носители столь необычных качеств, каковым, без сомнения, можно считать наличие собачьей головы, являются людьми, то они происходят от Адама, а если не являются людьми, то, соответственно, от Адама не происходят. Но вопрос о том, люди ли кинокефалы, остался у Августина открытым, и авторам настоящей книги пришлось прибегнуть к свидетельствам менее боговдохновенным, но более конкретным. Поскольку античные писатели часто относят этих существ именно к животным, отказывают им в человеческой речи, а иногда и наделяют их собачьим хвостом, по зрелом размышлении было решено посчитать кинокефалов животными и уделить им некоторое внимание на этих страницах.

Первым, кто упомянул замечательных обладателей собачьих голов, был Геродот, путешествовавший по северной Африке в пятом веке до н.э. Он писал о землях, которые сегодня относятся к Тунису и Алжиру:  «Там обитают огромные змеи, львы, слоны, медведи, ядовитые гадюки, рогатые ослы, люди-песьеглавцы и совсем безголовые, звери с глазами на груди (так, по крайней мере, рассказывают ливийцы), затем – дикие мужчины и женщины и еще много других уже не сказочных животных». Несмотря на то, что Отец истории, видимо, относил песьеглавцев и безголовых людей к категории «сказочных животных», память о них, причем вполне материальная, в виде наскальных рисунков, сохранилась в Африке по сей день. Впрочем, некоторые скептически настроенные исследователи считают, что песьеглавцами, или кинокефалами, древние могли называть бабуинов, недаром их латинское название –  Papio cynocephalus.

Полутора веками позже грамматик и поэт Симмий Родосский описал свои личные впечатления от встречи с кинокефалами у берегов Кавказа: «...Я прибыл на заросшие зелеными маслинами острова, осененные высокими тростниками. Я видел и странное племя мужей гемикинов [полупсов], у коих на красивых плечах собачья голова, снабженная крепкими челюстями; они лают, как собаки, и не понимают славной речи других смертных».

В начале третьего века до н.э. в Индии побывал греческий дипломат Мегасфен. Он засвидетельствовал, что там тоже живут кинокефалы. Труд самого Мегасфена до нас не дошел, но на него ссылается Солин, сообщая, что в «индийских горах живут люди с собачьими головами, которые вооружены когтями, а одеты в шкуры. Голос у них нечеловеческий, и объясняются они лишь лаем и рычанием».

С распространением христианства, интерес к кинокефалам не исчез – вслед за Августином, им уделяли внимание и другие христианские авторы. В девятом веке об индийских песьеглавцах писал Константинопольский патриарх Фотий. Правда, сам Фотий в Индии не бывал и пользовался книгой Ктесия Книдского «Индика», созданной еще в начале четвертого века до н.э. и до наших дней не сохранившейся. Патриарх подробно пересказал книгу (за что историки ему по сей день благодарны), не обошел он вниманием и кинокефалов, о которых писал Ктесий. Причем наличие у этих существ не только собачьей головы, но и длинных пушистых хвостов нисколько не смутило христианина. Он, не в пример многим другим авторам, признал за кинокефалами принадлежность к человеческой цивилизации и даже подчеркнул их «праведность»:

«Говорят, что в тех горах живут люди с собачьими головами. Одеваются они в шкуры диких зверей. Они не разговаривают, но воют, подобно псам, и так общаются. Клыки у них больше, чем у собак, а когти длиннее и острее; живут они в горах вплоть до реки Инд. Они черны и очень праведны, как и остальные индусы; они понимают речь индийцев, но не в состоянии разговаривать, а только воют и подают знаки руками и пальцами, словно глухонемые. Называют же их индийцы «калистры», что по-гречески означает «собакоголовые». Народ этот, между прочим, насчитывает сто двадцать тысяч человек. Эти кинокефалы не строят домов и живут в пещерах. Они с луком и стрелами охотятся на зверей и так проворны, что ловят их на ходу. Женщины моются только раз в месяц во время своего периода и ни в какое другое время. Мужчины же не моются, но ополаскивают руки; три раза в месяц они натираются маслом, взбитым из молока, и обтираются кожами. Все кинокефалы, и мужчины и женщины, носят одежду из стриженых шкур, как можно более тонко выделанных. Богатые носят льняную одежду. Но таких немного. У них нет кроватей, но они пользуются подстилками из листвы. Самыми богатыми считаются те, у кого больше овец; прочее же имущество одинаково распределено между всеми. У мужчин и у женщин сзади свисают хвосты, как у собак, но они более длинные и пушистые. Кинокефалы совокупляются со своими женщинами на четырех лапах, как собаки, сблизиться по-другому считается позором. Они праведны и живут дольше, чем люди, по сто шестьдесят два года, а некоторые из них и по две сотни лет».

(…)


Мифозои земные и райские

Если во времена поздней античности мифические животные населяли в основном окраины Ойкумены, то с наступлением средневековья многих из них стали видеть (и даже специально выводить) непосредственно в густонаселенных районах Европы. Конечно, в далеких и малоизученных землях по-прежнему во множестве обитали разнообразные диковинные существа; об этом свидетельствовали ученые, путешественники, а прежде всего – паломники и миссионеры, которые с благочестивыми целями отправлялись в неведомые края. Известен, например, документ пятого–шестого веков, озаглавленный «Жизнь, деяния и предивное сказание о святом отце нашем Макарии Римском, поселившемся у крайних пределов земли, никем не обитаемых». В нем, в частности, рассказывается о трех монахах, которые однажды решили совершить духовный подвиг, а именно: идти до тех пор, пока они не увидят, «где кончается небо, ибо говорят, что оно кончается у железного столпа». Монахи отправились в путь; места, где кончается небо, они не увидели, зато наблюдали много других диковин, в частности, посетили страну песиглавцев, а также слышали «скрежет зубовный аспидов, змей и ехидн, ярящихся друг на друга, и буйволов, и василисков». Кроме того, они «видели единорогов, онокентавров, леопардов и всех прочих, сколько их есть на земле». Онокентаврами называются кентавры, у которых человеческий торс соединен не с конским, а с ослиным, – это большая редкость, и можно только позавидовать монахам, которым в их странствии открылись не только духовные радости, но и радости научного познания мира.

И все же теперь для изучения мифических животных не обязательно было отправляться туда, «где кончается небо». Наука не стояла на месте, и того же василиска можно было без особых проблем вырастить у себя дома. Позднее, в семнадцатом веке, Эдвард Топселл, отдавший немало сил исследованию мифических животных и обобщивший опыт своих предшественников, сообщил, что многие авторы, в том числе весьма высокоученые, считали, что василиск рождается из яйца, отложенного петухом. Стареющий петух откладывает единственное яйцо без скорлупы, но покрытое очень толстой кожей, способной выдержать удар или падение. Яйцо это и формой, и цветом тоже отличается от обычного куриного яйца  – оно не вытянутое, а круглое и обязательно рыжее или грязно-желтое. Откладывает его петух в самую жаркую пору лета, причем для получения полноценного василиска высиживать яйцо должна змея или жаба (некоторые авторы настаивают именно на жабе). По прошествии положенного времени из яйца появляется василиск, примерно в полфута длинной, нижняя часть у него, как у змеи, а верхняя, как у петуха.

(…)

Другим животным, известным еще в античности, но получившим широкое распространение в средние века, была саламандра. У античных авторов саламандры упоминаются крайне редко. В «Истории животных» Аристотеля им посвящены несколько строк, но современные исследователи считают их позднейшей вставкой. Впрочем, так или иначе, вставка эта относится если и не ко времени жизни великого философа, то во всяком случае ко временам в достаточной мере отдаленным, чтобы стоило обратить на нее некоторое внимание. Тем более, что здесь же упоминаются и другие, тоже весьма необычные существа. В пятой книге «Истории» говорится, что на Кипре, при переработке медной руды, в плавильных печах «в огне возникают зверьки, по величине немногим крупнее, чем большие мухи». Они крылаты, причем огонь не причиняет им никакого вреда: они «прыгают и ходят по огню». Автор сообщает, что зверьки эти умирают, если их «отделить от огня». «А что некоторым животным по их прочному составу возможно не сгорать в огне, это с очевидностью показывает саламандра: она, как утверждают, проходя по огню, гасит его».

О саламандрах, напоминающих по форме ящериц и покрытых пятнами, пишет Плиний в «Естественной истории». Он сообщает, что эти животные так холодны, что своим прикосновением гасят пламя. Он же пишет и об исключительной ядовитости саламандр: мясо животного, съевшего саламандру, становится отравой для человека (впрочем, опасность невелика, поскольку это мясо приобретает неприятный запах и вкус); ядовитыми становятся вода и вино, в которых утонула саламандра; более того, ей достаточно пригубить их, чтобы напитки стали опасными.

Исидор писал об этих животных: «Саламандра так названа, потому что противостоит огню. Ее яд из всех имеет наибольшую силу. Другие гады убивают по одному, а она сразу многих. Ведь если она проникнет на дерево и напитает плоды ядом, то убьет всех, кто их съест, и даже если в колодец упадет, сила ее яда убивает всех, кто выпьет воды из колодца. Она сопротивляется пламени, одна из всех животных лишает огонь силы. Поэтому она без страдания и вреда остается живой посреди огня и не только не сгорает, но и гасит пламя».

Блаженный Августин, доказывая способность человека существовать в адском пламени, приводит в пример саламандру. Он считает, что «если саламандра живет в огне, как пишут любознательные исследователи природы животных», то «нет ничего невероятного, если тела людей, осужденных на вечное мучение, будут сохранять душу и в огне, будут гореть, не сгорая, и страдать, не погибая».

Со столь же душеспасительными целями описывает саламандру и «Физиолог» – текст, созданный, предположительно в Александрии, в период со второго по четвертый века н.э. Анонимный автор «Физиолога» рассматривает свойства и нравы разнообразных животных и делает из этих описаний самые поучительные для христиан выводы. О саламандре он  в частности пишет: «...Когда влезает она в огненную печь, угасает вся печь, а когда влезает в банную печь, то угашает банную печь. И если ящерица саламандра гасит огонь своим естеством, то как до сих пор не верят некоторые, что три отрока, ввергнутые в печь, ничуть не пострадали, но напротив, остудили печь?» Признаться, авторам настоящей книги представляется несколько странным сравнение трех праведных отроков, брошенных в огненную печь за отказ поклониться идолам, с ядовитой ящерицей. Но, как уже говорилось, авторы не сильны в богословии. А стойкие отроки действительно не сгорели в огне «и ходили посреди пламени, воспевая Бога», в результате какового чуда сам нечестивый царь Навуходоносор склонился к единобожию.

Марко Поло писал, что саламандры сделаны из асбеста. Алхимики называли это существо символом философского камня. Парацельс, провозгласивший в шестнадцатом веке концепцию элементалей – созданий, состоящих полностью из одной из четырех стихий, – считал саламандру элементалью огня. Он допускал, что их можно видеть в форме огненных шаров, бегущих над полями или проникающими в дом.

Топселл, обобщив сведения более ранних авторов, сообщает, что саламандры имеют по четыре лапки, как и ящерицы, что они покрыты черными и желтыми пятнами и что вид их вселяет в людей страх. Впрочем, последнее сообщение опровергается таким заслуживающим уважения свидетелем как великий скульптор Бенвенуто Челлини, которому довелось, вместе со своей семьей, без всякого страха наблюдать саламандру в очаге собственного дома.

(…)

Существовали на Руси и свои собственные мифические животные, не имеющие близких родственников в Европе и в странах Средиземноморья, – среди них можно отметить Симаргла (или Семаргла). Впрочем, о том, что это было за существо, доподлинно неизвестно. В 980 году, незадолго до принятия христианства, князь Владимир установил в Киеве нескольких идолов, среди которых был и Симаргл. «Повесть Временных лет» сообщает: «И стал Владимир княжить в Киеве один, и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, и Хорса, Дажьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь. И приносили им жертвы, называя их богами, и приводили своих сыновей и дочерей, и приносили жертвы бесам, и оскверняли землю жертвоприношениями своими». Но кровожадный Симаргл просуществовал в Киеве около десяти лет, после чего князь «повелел  опрокинуть  идолы – одних изрубить, а других сжечь». Такая участь постигла и злосчастного Симаргла.

Если руководствоваться одной лишь летописью, то Симарглу, как богу, в настоящей книге места быть не должно. Но есть основания думать, что Симаргл был если и божеством, то низшим, зато, по мнению некоторых ученых, он имел облик крылатой собаки, что дает ему основания появиться на этих страницах. Польза от замечательного пса, по мнению академика Б.А.Рыбакова, была несомненной – он охранял посевы. Существует версия, что он приходился дальним родственником персидскому Сенмурву – крылатой собаке, покрытой чешуей, что символизировало ее господство на земле, в воздухе и в воде. Славянский Симаргл непосредственно в воде, видимо, не господствовал, но его культ был связан с культом вил-русалок, имевших к воде некоторое отношение. Кстати, славянские русалки далеко не всегда жили в реках, и только некоторые их локальные популяции имели рыбьи хвосты. Чаще у них был облик обычных девушек или женщин, иногда прекрасных, а порой и уродливых. Одна из разновидностей русалок называлась «вилы» – эти девушки могли иметь птичьи крылья и часто ведали тучами, дождями и туманами. Симаргл, как покровитель посевов, имел с вилами самую тесную связь…

Впрочем, все сказанное выше об этом примечательном животном, – лишь допущение. Существует достаточно основательная версия о том, что никакого Симаргла на Руси не существовало, и на свет он появился лишь благодаря ошибке переписчиков. Например, в древнерусском тексте «Слово Христолюбца», известном по списку четырнадцатого века, говорится, что на Руси «веруют в Перуна, и в Хорса, и в Мокошь, и в Сима, и в Рьгла…», – здесь Симаргл превратился в двух загадочных богов, Сима и Рьгла. Кроме того, разные источники упоминают Симарьгла, Семаргла, Сима Рьгла, Сима Регла, Симаергля, Simaergla и т. п. Известный исследователь русского фольклора А.С. Фаминцын еще в девятнадцатом веке предположил, что когда-то древний переписчик по ошибке заменил в слове «Ерыло» букву «ы» двумя буквами «ьг», после чего его растерянные последователи стали исправлять ошибку каждый по своему разумению; на самом же деле имелся в виду некий Сим Ерыло, известный нам сегодня как Ярило – славянское божество или персонаж, связанный с плодородием. Что же касается загадочного слова Сим, то некоторые исследователи считают, что оно переводится как «гений», «полубог», а в многочисленных изображениях «крылатого пса» видят одну из разновидностей одноглавых драконов – в существовании на Руси таких драконов во всяком случае сомневаться не приходится.

(…)


У кельтов и норманнов

Среди мифозоев Европы отдельную группу составляют животные, обитавшие на островах Великобритания и Ирландия. Кроме того, многочисленные ирландские путешественники древности встречали немало замечательных существ во время своих плаваний по северным морям.  Многие из этих существ населяли маленькие острова, которые трудно сопоставить с современной географической картой. Тем ценнее свидетельства древних мореходов, описавших и сами острова, и их уникальную фауну, а также тех животных, которых им довелось встретить в открытом море.

Совершенно исключительное чудовище, напоминающее давно ушедших в небытие потомков греческой Геи, повстречалось в море целой группе знаменитых ирландцев, среди которых были святой Аббан, святой епископ Ибар и святой Патрик. Случилось это в пятом веке, причем у самых берегов Ирландии. Когда благочестивые мужи плыли мимо Лох-Гармана, перед ними из пучины появился «ужасный и чудовищный зверь со ста головами, на каждой из которых было по два глаза и два уха, и вздымались они до самых облаков, а из пасти той головы зверя, которая была больше других, на облака извергалась вода». Опасность, которой подвергались мореплаватели, усугублялась тем, что на море поднялась страшная буря. Епископ Ибар и святой Патрик стали молиться, что же касается святого Аббана, то он «из смирения сохранял молчание». Вскоре выяснилось, что молчал он зря, ибо молитвы высокочтимых святых не помогли, с небес же раздался глас, сообщивший, что именно Аббану надлежит усмирить и бурю, и чудовище, что тот и исполнил.

(…)

Говоря о мифозоях кельтских народов, нельзя не упомянуть уникальное животное, называемое энфилд. Замечено оно было, насколько известно авторам данной книги, только однажды – во время битвы при Клонтарфе в апреле 1014 года. На морском берегу севернее Дублина армия Бриана Борома (Борумы), верховного короля Ирландии, одержала победу над войсками коалиции, в которую входили как ирландцы, так и иноземные захватчики-норманны.

Это была одна из крупнейших битв ирландского средневековья. Участвовал в ней и клан Келли, появившийся на исторической арене всего поколение назад и державший сторону короля Бриана. Глава клана, Тадж Мор О’Келли, согласно хроникам, «сражался как волк», но был убит, и тогда из морской пучины показалось некое животное странного вида и охраняло тело вождя, пока не подоспели его родичи. Животное это получило имя «энфилд». Официальный сайт клана Келли сообщает, что их неожиданный союзник имел «голову лисицы, грудь слона, гриву коня, передние лапы орла, туловище и задние лапы охотничьей собаки и хвост льва». Правда, изображения замечательного животного, украшающие собой гербы клана Келли и герб лондонского округа Энфилд, несколько отступают от этого описания, но возможно, что художники попросту не смогли полностью передать все особенности оригинальной анатомии союзного обитателя моря.

(…)

Пожалуй, наиболее экзотическим животным скандинавского пантеона был конь Одина, восьминогий Слейпнир. Происхождение его столь же необычно, как и сам конь. «Младшая Эдда» сообщает, что когда боги «только начали селиться» и построили Мидгард (мир людей), некий мастер предложил им обнести город прочными стенами. В качестве платы он попросил в жены богиню Фрейю, а также солнце и месяц. Богов не смутила такая цена, и они согласились, при условии, что работа будет закончена в течение одной зимы. Не вполне понятно, на что рассчитывали боги, но когда до окончания срока оставались три дня, и мастеру осталось лишь поставить ворота, дело приняло критический оборот. Отдавать незнакомцу богиню плодородия, любви и красоты и лишать небо светил показалось немыслимым. Боги устроили совещание, и самый хитрый из них, Локи, взялся спасти ситуацию. Он обратился в кобылицу и соблазнил коня, на котором мастер возил стройматериалы. Работа не была закончена, Фрейя и небесные светила были спасены, но сам Локи в должный срок разродился жеребенком. «Младшая Эдда» сообщает: «Жеребенок был серой масти и о восьми ногах, и нет коня лучше у богов и людей». Известно, что на этом коне, получившем имя Слейпнир, Один мог скакать «по водам и воздуху».

Ближайшим родственником Слейпнира был замечательный волк, по имени Фенрир. Он приходился ему братом по одному из родителей (трудно сказать, по отцу или по матери, поскольку Локи, бывший матерью Слейпнира, Фенриру приходился отцом). Его матерью была великанша Ангрбода; от этого же брака, кстати, был рожден и мировой змей Ёрмунганд, обитающий в мировом океане. Фенрир отличается исключительной силой, и ему должна принадлежать решающая роль в грядущей битве богов с хтоническими чудовищами – Рагнарёке. Предсказано, что Фенрир проглотит самого Одина, но затем падет от рук его сына, Видара.

(…)


Драконы

(…)

На Руси издревле обитали разные виды драконов, которых здесь (как, впрочем, и во многих других славянских землях) традиционно называли змеями. Из мелких представителей этой группы можно назвать аспидов, водившихся в горах на севере. В старинных азбуковниках он описывается так: «Крылатый, нос имеет птичий и два хобота, а в коей земле вчинится, ту землю пусту учинит». Аспид никогда не садится на землю, а только на камень. Извести его достаточно непросто: надо издать «трубный глас», от которого сотрясаются горы, после чего оглушенного змея хватают раскаленными щипцами и держат, пока он не погибнет.

К драконам можно, по-видимому, отнести и так называемых «коркоделов», или «крокодилов», обитавших, по свидетельству летописцев, в российских реках, в частности, в реке Великая, впадающей в Псковское озеро (допустить, что здесь водились настоящие Crocodylia – представители ныне живущих полуводных хищников – было бы слишком смело). Псковская летопись сообщает: «В лета 7090 (1582)... изыдоша коркодили лютии зверии из реки, и путь затвориша, людей многа поядоша. И ужасошася людие и молиша Бога по всей земли; и паки спряташася, а иных избиша». А в 1589 году английский дипломат Джером Горсей видел мертвого крокодила на берегу некой речки близ Варшавы. Представителей этого вида драконов можно встретить и на русских лубочных картинках (см. главу «Мифозои земные и райские»). Известна картинка, где крокодил изображен рядом с Бабой Ягой, и если допустить, что Яга имеет тот же рост, что и обычная старушка, то и крокодил по размерам лишь слегка превосходит среднего человека.  

(…)

В 2007/2008 году в Московском государственном университете биологом А.Н. Квашенко был прочитан цикл лекций по естественной истории драконов (а также по неестественной и противоестественной). Особо хотелось бы отметить разработанную лектором непротиворечивую анатомическую и физиологическую модель дракона, а также выдвинутую им оригинальную идею их эмбриогенеза. А.Н. Квашенко стал первопроходцем в таких ранее малоизученных сферах, как психология и социология драконов, в частности он рассматривает проблему вертикальных и горизонтальных связей драконьего сообщества.

Драконы – существа весьма многообразные и их виды сильно отличаются между собой. Дать исчерпывающее описание обобщенного дракона достаточно трудно, тем более, что внутренне строение этого мифозоя до сих пор мало исследовано. Леонардо да Винчи в свое время попытался предложить общую картину внешнего вида дракона: голова собаки, кошачьи глаза, уши дикобраза, нос борзой, брови льва, виски петуха и шея водяной черепахи. Правда, в этом описании напрочь отсутствует туловище (которое принято считать похожим на тело рептилии). Но существует множество драконов, которые не укладываются ни в это, ни в любое другое предложенное описание.

Возможно именно поэтому, несмотря на обилие исследований, посвященных драконам, специалисты до сих пор не пришли к единой точке зрения по поводу их классификации. О.М. Иванова-Казас с некоторыми оговорками относит их к рептилиям. Она пишет: «Драконы – это обширная группа фантастических существ, весьма различающихся по строению и характеру, но, как правило, в основе организации дракона лежит рептилия, причем различаются 4 основных варианта: 1) дракон без ног и крыльев, т. е. попросту змея, 2) дракон с ногами, но без крыльев, похожий на ящерицу, 3) крылатая змея или 4) крылатая ящерица; при этом крылья обычно бывают похожи на крылья летучей мыши. В пределах этих четырех групп тоже имеются варианты: ноги могут быть представлены одной или двумя парами, часто имеется несколько голов, иногда присутствуют части тела других животных. Обычно отмечаются огромные размеры драконов, их свирепость и прожорливость, ядовитое дыхание, пламя, которое они изрыгают, и т. д., но очень мало, почти ничего, не сообщается об их строении. Поэтому судить о последнем можно главным образом по рисункам старых художников».

Противоположную точку зрения высказывает драконовед О.С. Вдовина в статье «Таксономическое определение драконов в первом приближении» – она категорически отказывается отнести драконов к рептилиям. Исследовательница рассматривает кожную и пищеварительную системы и опорно-двигательный аппарат драконов и сравнивает их с соответствующими системами млекопитающих, рептилий и птиц. Подробный анализ показывает, что ни одна из систем драконьего тела не имеет аналогов ни в одном классе живых существ, которыми традиционно оперирует биология. Линька у драконов, по мнению исследовательницы, происходит иначе, чем, например, у рептилий и млекопитающих. Пищеварительная система рептилий (если предположить, что драконы относятся к этому классу) плохо подходит для полетов (а драконы, как правило, летают). Особо останавливается исследовательница на проблеме чешуи; она пишет: «Некоторые только по этому признаку однозначно относят драконов к рептилиям. Но эпидермис млекопитающих также способен образовывать чешуи. Мы можем сравнить чешуи драконов с покровными тканями броненосцев». Вывод О.С. Вдовиной однозначен: «Драконы представляют собой отдельный класс».

Особое и достаточно неожиданное мнение высказывает Святослав Логинов в статье «К вопросу о классификации европейских драконов» – он находят определенное сходство между драконами и насекомыми и поэтому относит их к членистоногим. Впрочем, надо отметить, что биолог Виталий Сёмин, консультировавший авторов настоящей книги по некоторым спорным вопросам классификации мифозоев, категорически возражает против этой гипотезы, поскольку у представителей типа членистоногих нет и никогда не было внутреннего скелета, что же касается драконов, то их кости достаточно широко известны и находят применение, например, в китайской медицине, а в «Атласе тибетской медицины» приводится изображение драконьего скелета.

(…)


В Поднебесной и ее окрестностях

(…)

В Северных горах, на горе Гоуу, обитает замечательное животное, под названием баосяо, «похожее на барана, но с лицом человека». Глаза у баосяо расположены под мышками, что представляется несколько странным, ибо баран, в отличие от человека, не может расправить свои конечности, и злополучные баосяо навряд ли могут видеть что-либо, кроме травы у себя под ногами. Но, вероятно для компенсации этого недостатка, баосяо имеет «клыки как у тигра, ногти, как у человека». Проблемы со зрением не мешают ему охотиться и пожирать людей.

На горе Мачэн, по сообщению Каталога, можно встретить животное, именуемое небесная лошадь. Почему «лошадь», авторы настоящей книги так и не поняли, ибо существо это – «вроде белой собаки, но с черной головой». Что же касается эпитета «небесная», – он вполне заслужен, поскольку удивительная лошадь-собака, «как увидит человека, взлетает», причем, по-видимому, без помощи крыльев, поскольку о них Каталог умалчивает. Надо отметить, что небесная лошадь «выкрикивает собственное имя» – впрочем, это – традиционная черта китайских мифозоев.

Другая редкостная собака, тоже выкрикивающая собственное имя – цунцун, – водится в Восточных горах. От своих обычных сородичей она отличается тем, что имеет шесть ног. В этом же регионе обитают птицы лиху, подобные уткам-мандаринкам, но с человечьими ногами. А южнее «водятся животные, похожие на лису, но у них по девять голов и девять хвостов, когти, как у тигра, их имя лунчжи». Они – людоеды, крик их подобен плачу ребенка. Еще южнее, в окрестностях горы Инь, обитают по крайней мере два мифозоя, имеющие немалое влияние на людей. «Там встречается животное, похожее на коня, но с глазами, как у барана, четырьмя рогами и бычьим хвостом; лает, как собака гао. Его называют юю. Где оно появится, в то царство прибудет много хитрецов. Там живет птица, похожая на дикую утку, но с крысиным хвостом. Ей нравится лазить по деревьям. Называется сегоу. В том царстве, где она появится, распространятся болезни».

Самым злокозненным существом из мифозоев, обитающих в Восточных горах, можно, вероятно, признать зверя, по имени фэй, живущего на горе Великой. Каталог сообщает: «В тех местах есть животное, похожее на быка, но с белой головой, одним глазом и змеиным хвостом. Оно называется фэй. Если оно входит в воду, та высыхает; ступит по траве, та увянет. Когда оно появится, в Поднебесной начнется большой мор».

(…)

Основоположник китайской государственности, Желтый император, или Хуан-ди, имел, согласно преданию, лик дракона (или даже четыре таковых, поскольку не исключено, что у знаменитого императора было четыре головы или, по крайней мере, четыре глаза). Передвигался он на колеснице, запряженной слонами, управляла ею одноногая птица с человеческим лицом – бифан. Сопровождала колесницу шестерка драконов. Еще один, особо одаренный, дракон Ин-лун помогал императору в битвах. Кстати, некоторым тонкостям военного дела Желтого императора научило существо, по имени Сюань-нюй, имевшее женскую голову и птичье тело. Среди противников, с которыми Хуан-ди довелось воевать, было племя потомков его единоутробного брата, Янь-ди. Возглавлял их некто Чи-ю. Юань Кэ пишет: «В древних книгах говорится: “У Чи-ю было восемьдесят один или семьдесят два брата, каждый из них был страшен и необычен, имел медную голову, железный лоб, звериное тело, коровьи копыта, четыре глаза и шесть рук, умел говорить по-человечьи”, рассказывают также, что на голове у Чи-ю рос крепкий и острый рог, а когда волосы за ушами вставали торчком, они напоминали мечи и трезубцы, некоторые считают, что у Чи-ю было восемь рук и восемь ног… Удивителен не только внешний вид Чи-ю, еще удивительнее то, чем он питался. Его обычной пищей были песок, камни и куски железа».

Необычный внешний облик и своеобразное окружение не помешали Хуан-ди считаться предком вполне реальных людей. Впрочем, имелись среди его потомков и родственников и явные мифозои. Так, внучатый племянник императора, бог Гунь, первоначально был гигантским китом, спина которого простиралась в море на много тысяч ли, но периодически превращался в столь же огромную птицу. Интересно, что дедом выдающегося кита считался некто Хань-лю, который, несмотря на свое божественное происхождение (а может быть, и благодаря ему) выглядел, по описанию Юань Кэ, следующим образом: «шея длинная, уши маленькие, лицо человека, но со свиным рылом, тело единорога – цилиня, обе ноги срослись вместе и напоминали копыта свиньи». Сын Хань-лю, Чжуань-сюй, был похож на своего отца, что не помешало ему унаследовать императорский трон и стать отцом многих диковинных существ, среди которых был и уже упоминавшийся Гунь. Из тела погибшего Гуня родился его сын Юй, имевший облик двурогого дракона и свершивший немало славных подвигов, – в частности, он сумел остановить страшное наводнение, проведя по территории Поднебесной множество каналов и исправив русла рек.

(…)

Когда династию Цинь сменила династия Хань, один из чиновников, Гунсунь Чэнь, подал новому государю доклад, в котором предвещал появление Желтого дракона, знаменующего стихию земли. Чиновник рекомендовал заранее «изменить месяц начала года, сменить цвета казенной одежды и выше всего поставить желтый цвет». Проект не нашел поддержки при дворе, но очень скоро скептики были посрамлены: «Через три года (В 165 г. – Прим. пер.) в Чэнцзи показался Желтый дракон». Дракон этот «не нанес вреда народу», из чего сделали вывод, что «год будет урожайным». А дальновидный Гунсунь Чэнь был назначен «на должность боши — ученого мужа, чтобы он вместе с остальными учеными составил проект изменения календаря, цвета придворной одежды и других дел».

(…)

Помимо драконов, в стране Восходящего солнца издавна водились и другие мифозои. Многие из них мигрировали сюда из Китая, и хотя они получили на новой родине новые имена, но описание их совпадает с тем, которое приводит китайский «Каталог гор и морей». Однако в Японии описаны и эндемичные мифозои. Среди них можно отметить, например, каппу, встречающегося в реках и представляющего немалую опасность для людей. Это некрупное, до одного метра длиной, существо с кожей, как у лягушки, головой, покрытой короткой шерстью, утиным клювом и пальцами, соединенными плавательными перепонками. У некоторых видов замечен панцирь, напоминающий черепаший. Каппа имеет свойства хамелеона – его кожа принимает цвет поверхности, на которой он находится. У каппы клейкое тело и неприятный запах; по этом признакам а также по особой гибкости конечностей каппу можно опознать в тех случаях, когда он принимает людской облик – это случается нередко, ибо злокозненный каппа, притворясь человеком, затаскивает людей и лошадей в воду и там пьет их кровь.

Интересной особенностью каппы, отличающей его как от других мифозоев, так и от обычных животных, является углубление, в форме овального блюдца, на макушке. В «блюдце» этом всегда должна находиться вода, в противном случае каппа быстро слабеет и даже может умереть. Именно это свойство, в сочетании с природной вежливостью каппы, используют охотники. Если каппе оказать какую-либо услугу, он склоняется в низком поклоне, вода из «блюдца» выливается, после чего ослабевшего каппу можно брать голыми руками и приручать. В древности японские рыбаки использовали ручных капп для загона рыбы в сети. Сегодня этот метод не используется – возможно, это связано с тем, что популяция капп катастрофически сократилась. Последний подтвержденный свидетелями случай поимки каппы отмечен в городе Мито в префектуре Тиба в 1801 году.


Обитатели вод

(…)

В восемнадцатом веке в морях между Норвегией и Исландией неоднократно было встречено и описано чудовище, получившее имя (некоторые считали его видовым названием) Кракен. Скандинавский натуралист Эрик Понтоппидан, епископ Бергенский писал, что животное это имеет размеры острова и представляет немалую опасность, поскольку своими щупальцами может утащить на дно боевой корабль; еще более опасен для мореплавателей водоворот, образующийся, когда кракен погружается в пучину вод. Чуть позже об этом же чудовище сообщал шведский писатель и мореплаватель Якоб Валленберг – по его словам, кракен размерами («включая голову и хвост») не превышает ширины острова Эланд. Поскольку ширина означенного острова составляет около шестнадцати километров, можно представить размеры замечательного животного. Впрочем, Валленберг не склонен преувеличивать его опасность: кракен, по свидетельству шведа, обитает на самом дне моря и питается мелкой рыбой, для моряков же он опасен лишь постольку, поскольку иногда поднимается на поверхность и вызывает при этом большие волны, которые распространяются на много миль вокруг. Животное это приносит даже пользу, поскольку его экскременты привлекают множество рыб, что в свою очередь служит приманкой для рыбаков.

Авторы настоящей книги хотели бы особо предостеречь читателей, которые могут усомниться в том, что описанные выше гиганты являются подлинными мифозоями, и попытаются ассоциировать их с китами или гигантскими кальмарами. Самый большой из китов, голубой кит, имеет среднюю длину около 25 метров, а самый большой из голубых китов, которым довелось попасться в руки людей, достигал 33 метров, что никак не сопоставимо с размерами острова Эланд. Что же касается кальмаров, то самый большой достоверно известный науке кальмар, выброшенный в 1887 году на берег Новой Зеландии, имел 17,4 метра в длину. Причем большую часть этой длины составляли, как и у всех кальмаров, тонкие щупальца.

(…)

Вопросы происхождения и размножения русалок стоят весьма остро в современной биологии. Так, они рассматривались на «круглом столе по проблеме происхождения русалок», который был проведен российскими биологами в 1998 году в Петербурге по инициативе О.М. Ивановой-Казас (материалы этого мероприятия опубликованы в журнале «Биология моря» в 1999 году). Ученые выдвинули около десяти различных гипотез, в частности  теорию посттравматического происхождения русалочьего хвоста: «у некой наяды (или купальщицы) нижняя половина тела была откушена каким-то морским хищником, после чего произошла атипическая регенерация или пострадавшей был приставлен и прирос рыбий хвост». Однако большинство специалистов отвергли эту гипотезу, поскольку благоприобретенные органы не передаются по наследству, а в случае с русалками мы наблюдаем весьма многочисленный и безусловно самовоспроизводящийся вид. Было также высказано предположение, что среди обычных головастиков попадаются (1 на 10 000) такие, «у которых из передних конечностей развиваются руки, а хвост не редуцируется, как у лягушек».

(…)

В 1989 году известный американский океанограф Карл Банзе, выступая перед коллегами с речью по случаю собственного юбилея, прочел доклад о биологии, культуре и причинах исчезновения русалок. В частности, он выделил три основных вида русалок: русалка обыкновенная (обитавшая в Средиземном море и у атлантических берегов Пиренейского полуострова и известная с античных времен), русалка индийская (обитавшая у берегов Америки и описанная спутниками Колумба) и русалка эритрейская (обитавшая в Красном и Аравийском морях и у берегов Индонезийского архипелага). К. Банзе предположил, что строение головного мозга и рук позволяло русалкам заниматься трудовой деятельностью, в частности выращивать съедобные водоросли и моллюсков. Резкое снижение численности группы и ее вымирание он датирует девятнадцатым веком и связывает с загрязнением морской воды.

Научная общественность приняла доклад очень тепло и рекомендовала его к публикации в американском журнале «Лимнология и океанография». В 1991 году тезисы доклада К.Бонзе были опубликованы в апрельском номере журнала «Наука и жизнь», а затем, уже отнюдь не в апрельских номерах, перепечатаны или пересказаны другими изданиями, после чего наука об изучении русалок начала победное шествие по России.

(…)

 Новые виды Mythozoa вводятся в научный оборот не только специальными журналами и профессиональными биологами – свой вклад, иногда невольный, вносят и любители. Так, в 1966 году на Ленинградском монетном дворе был выпущен значок, посвященный Командорским островам. Изображенный на нем морской котик обладает пышным хвостом, которого у представителей этого вида никогда не имелось и который более пристал домашнему котику, точнее коту.

В начале 90-х в нескольких ленинградских газетах была опубликована информация о страшной рыбе, появившейся в Финском заливе, способной выходить на сушу и передвигаться по траве, снегу и канализационным трубам. Сообщалось, что были зафиксированы случаи, когда удивительная рыба добиралась до ванных комнат горожан а также перекусывала кабели энергосистемы метрополитена. Публикации связывали происхождение рыбы с повышением температуры и загрязнением Финского залива. Они ссылались на Зоологический институт Академии наук, и мифическая рыба обрела реальность в воображении множества жителей города.

Так волею фалеристов и журналистов на свет появились новые, вполне мифические животные, которые, как знать, через тысячу лет, возможно, будет изучаться с тем же вниманием, с каким сегодня специалисты изучают монстров, изображенных на шумерских печатях и описанных в египетских папирусах.


Библиография

На русском языке

Августин, А. «О Граде Божием». Интернет-публикация: http://azbyka.ru/?otechnik/Avrelij_Avgustin/o_grade.
Адам Бременский. Деяния архиепископов Гамбургской церкви. Интернет-публикация сайта «Восточная литература»: http://www.vostlit.info.
Аджаиб ад-дунья. (Чудеса мира). Пер.: Л.П. Смирнов. М., 1993.
Алеша Попович и Тугарин Змеевич // Древние Российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым. М., 1977.
Алимов И.А. «Разыскания о восточной сунской столице»: сведения о храмах и кумирнях // Кунсткамера. Этнографические тетради. Вып. 5–6. СПб., 1994.
[Антоний] Житие святого Симеона Столпника, написанное Антонием, его учеником. Пер.: М.А. Тимофеев // Альфа и Омега, № 4 (11), 1996.
Аполлодор. Мифологическая библиотека. Пер.: В.Г. Борухович. Л., 1972.
Аполлоний Родосский. Аргонавтика. Пер.: Н.А. Чистякова. М., 2001.
Арго: Цивилизация 35 веков в новом пути! // Ελλάδα παντού, апрель-июнь, 2008.
Аристотель. История животных. Пер.: В.П. Карпов. М., 1996.
[Псевдо-]Аристотель. Рассказы о диковинах. Пер.: Н. А. Позднякова // Вестник древней истории, №№ 3, 4, 1987.
Аристофан. Лягушки. Пер.: Ю. Шульц // Аристофан. Комедии. Т. II. М., 1954.
Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. Т. I. М., 1995.
Бардичева Н. Типология драконов. Интернет-публикация: http://kigru.ru/page/drakonologia-4.

Белова О.В. Единорог в народных представлениях и книжной традиции славян // Живая старина, № 4, 1994.
Белова О.В. Славянский бестиарий. М., 2001.
Березкин Ю.Е. Тематическая классификация и распределение фольклорно-мифологических мотивов по ареалам. Аналитический каталог. Интернет-публикация: http://www.ruthenia.ru/folklore/berezkin.
Библия. Синодальный перевод.
Борхес Х.Л. Бестиарий (из «Книги о вымышленных существах»). Пер. Е. Лысенко // Борхес Х.Л. Письмена Бога. М., 1992.
Бриггс К. Эльфийский словарь. Пер.: Степан М. Печкин. Интернет-публикация: http://pechkin.rinet.ru/x/smp/xlat/Briggs_KM/FD/index.html.
Британский музей. Лондон. М., 1980.

Вакхилид // Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты. М., 1980.
Валла, Лоренцо. Рассуждения о подложности так называемой дарственной грамоты Константина. Пер.: И.А. Перельмутер // Итальянские гуманисты XV века о церкви и религии. М., 1963.
Вдовина О.С. Таксономическое определение драконов в первом приближении. Интернет-публикация: http://kigru.ru/page/drakonologia-18.
Вергилий Марон, П. Георгики. Пер.: С. Шервинский // Публий Вергилий Марон. Буколики. Георгики. Энеида. М., 1971.
Вергилий Марон, П. Энеида. Пер.: С. Ошеров // Публий Вергилий Марон. Буколики. Георгики. Энеида. М., 1971.
Властов Г. Теогония Гезиода и Прометей. СПб., 1897.
Воротников Ю.Л. Алконост, Сирин, Гамаюн... Райские птицы Древней Руси // Слово и время. М., 2003.
Вулли Л. Ур халдеев. Пер.: Ф.Л. Мендельсон. М., 1961.

Гальфрид Монмутский. История бриттов. Пер.: А.С. Бобович // Гальфрид Монмутский. История бриттов. Жизнь Мерлина. М., 1984.
Геллий, Авл. Аттические ночи. Кн. I–X. СПб., 2007.
Гераклит. Опровержение или исцеление от мифов, переданных вопреки природе Пер. В.Н. Ярхо // Вестник древней истории, № 3, 1992.
Геродот. История. Пер.: Г.А. Стратановский. Л., 1972.
Гесиод. Работы и дни. Пер.: В.В. Вересаев // Эллинские поэты VIII–III вв. до н.э. М., 1999.
Гесиод. Теогония (Происхождение богов). Пер.: В.В. Вересаев // Эллинские поэты VIII–III вв. до н.э. М., 1999.
Гигин. Астрономия. Пер.: А.И. Рубан. СПб., 2007.
Гигин. Мифы. Пер.: Д.О. Торшилов. СПб., 2000.
Гильгамеш и Страна Жизни (Гора бессмертного). Пер.: В.К. Афанасьева // Проза и поэзия Древнего Востока. М., 1973.
Гомер. Илиада. Пер.: В.В. Вересаев. М.–Л., 1949.
Гомер. Одиссея. Пер. В. Жуковского. М., 1984.
Гомер. Одиссея. Пер.: В.В. Вересаев. М., 1953.
Гомеровы гимны. Пер.: В. Вересаев // Эллинские поэты VIII–III вв. до н.э. М., 1999.
Гораций Флакк, К. Наука Поэзии. Пер.: М. Гаспаров // Квинт Гораций Флакк. Оды. Эподы. Сатиры. Послания. М., 1970.
Гораций Флакк, К. Оды // Квинт Гораций Флакк. Оды. Эподы. Сатиры. Послания. М., 1970.
Горошков В.В. Огнедыхание дракона. Интернет-публикация: http://kigru.ru/uploads/drakonologia/goroshkov-v.-fire-breathing-dragon_.pdf.
Горсей Дж. Записки о России XVI – начала XVII вв. Пер.: А.А. Севастьянова. М., 1991.
Государственные музеи Берлина. ГДР. М., 1983.
Грейвс Р. Мифы древней Греции. Пер.: К.П. Лукьяненко. М., 1992.
Гура А.В. Символика животных в славянской народной традиции. М., 1997.

Данте. Божественная Комедия. Пер.: М. Лозинский. М., 1981.
Диодор Сицилийский. Греческая мифология (Историческая библиотека). Пер.: О.П. Цыбенко. М., 2000.
Длугош Я. Анналы или хроники славного королевства Польши. Пер.: И.М. Дьяконов. Интернет-публикация сайта «Восточная литература»: http://www.vostlit.info.
Дмитриев С. Хоботные драконы Южной Азии. Интернет-публикация: http://www.imperia-duha.ru/article_253.html.
Дмитрий Ростовский, св. Житие святого отца нашего Сильвестра, папы Римского // Жития святых Святителя Дмитрия Ростовского. М., 2004.
Добрыня и змей // Онежские былины, записанные А. Ф. Гильфердингом летом 1871 года. Т. I. М.–Л., 1949.

Е Лун-ли. История государства киданей. Пер.: В.С. Таскин. М., 1979.
Еврипид. Геракл. Пер.: И. Анненский // Еврипид. Трагедии. Т. I. М., 1999.
Еврипид. Финикиянки. Пер.: И. Анненский // Еврипид. Трагедии. Т. II. М., 1999.
Евфорион. Похититель чаши. Пер. О. Цыбенко // Эллинские поэты VIII–III вв. до н.э., М., 1999.

Жизнь, деяния и предивное сказание о святом отце нашем Макарии Римском… Пер.: С. Полякова // Жития византийских святых. СПб., 1995.

Забылин М. Русский народ: Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. В четырех частях. М., 1880.

Иванова-Казас О.М. Мифологическая зоология. СПб., 2004.
Иванова-Казас О.М. Страна Мифляндия, или Типы симметрии у Mythozoa // Природа, № 4, 2002.
Иванова[-Казас]О.М. Круглый стол по проблеме происхождения русалок // Биология моря, № 2, 2003.
Ивик О. История загробного мира. М., 2010.
[Исидор Севильский] Из «Этимологии» Исидора Севильского. Пер.: Е.М. Леменева // Одиссей. 1998. М., 1999.
Искусство. Современная иллюстрированная энциклопедия. Под ред. проф. Горкина А.П. М., 2007.

Кабардино-русские отношения в XVI–XVIII вв. Т. I. М., 1957.
Карпини, Д. дель Плано. История монголов. Пер.: А.И. Малеин. М., 1957.
Каталог гор и морей (Шань хай цзин). Пер.: Э.М. Яншина. М., 1977.
Квашенко А.Н. Драконы [предисловие к курсу лекций]. Интернет-публикация: http://mmmf.msu.ru/lect/kvashenko.html.
Кеес Г. Заупокойные верования древних египтян. Пер.: И.А. Богданов. СПб., 2005.
Ким Бусик. Самгук саги. Т. I. Летописи Силла. Пер.: М.Н. Пак. M., 2001.
Книга о славе царей. Пер.: И.В. Стариков. Интернет-публикация сайта «Восточная литература»: http://www.vostlit.info.
«Когда вверху» – «Энума элиш»… Пер.: В.К. Афанасьева // Я открою тебе сокровенное слово. М., 1981.
Козлов П.К. Монголия и Амдо и мертвый город Хара-хото. М., 1948.
Кононенко Е.И. Миксаморфные существа в шумерской глиптике: опыт семиотического исследования // Вестник древней истории, 2002, № 2.
Коробова А.Н. Приидите, братие, послушайте...", или некоторые размышления о духовных стихах. Интернет-публикация: http://religion.russ.ru/culture/20011206-korobova.html.
Кошелева В.Л. Русская Жар-птица: от лубка до синема // Московский журнал. История государства Российского, № 5, 2010.
Краткая история [государства] Вьет. Пер.: И.Н. Машкина // Китай и Вьетнам (III–XIII вв.). M., 1978.
Ксенофонт. Анабасис. Пер.: М.И. Максимова. М.–Л., 1951.
Ктесий Книдский. Индика (пересказ патриарха Фотия). Пер.: О. Горшанова // Послания из вымышленного царства. СПб., 2004.
Кузьмина В.Д. Бой Бовы с Полканом на муравленых изразцах. (Из истории белорусско-русских связей в первой половине XVII в.) // Труды Отдела древнерусской литературы. Том XXIII. Л., 1968.

Латышев В.В. Известия древних писателей о Скифии и Кавказе // Вестник древней истории, №№ 1–4, 1947; № 1–4, 1948; № 1–4, 1949.
Лев Африканский. Африка – третья часть света. Л., 1983.
Левкиевская Е. Откуда на Карпатах град берется // Родина, № 1–2, 2001.
Либерал, Антонин. Метаморфозы. Пер. В.Н. Ярхо // Вестник древней истории, №№ 3, 4, 1997 г.
Логинов С. К вопросу о классификации европейских драконов // Логинов С. Мед жизни, М., 2001.
Лосев А.Ф. Мифология греков и римлян. М., 1996.
Лукан М.А. Фарсалия. Пер.: Л.Е. Остроумов. М., 1993.
Лукиан. Морские разговоры. Пер.: С.С. Лукьянов // Лукиан. Сочинения. Т. I. СПб., 2001.
Лукиан. О пляске. Пер.: Н.П. Баранов // Лукиан. Сочинения. Т. II. СПб., 2001.
Лукреций Кар, Т. О природе вещей. Пер.: Ф. Петровский. М., 1983.
Лучшева З.А. Сказочные птицы старообрядческих лубков // Живая старина, № 4, 1997.
Любкер Ф. Реальный словарь классических древностей. DVD-издание. 2007.
Ляхницкий Ю.С. Палеолитическая живопись Каповой пещеры: полвека после открытия // Природа, № 7, 2009.

Мабиногион. Волшебные легенды Уэльса. Пер.: В.В. Эрлихман. М., 1995.
Малявин В.В. Китайская цивилизация. М., 2003.
Махабхарата. Книга первая: Адипарва. Пер.: В.И. Кальянов. СПб., 2006.
Мифы народов мира. В 2-х томах. Энциклопедия. М., 1997.
Младшая Эдда. Пер.: О.А. Смирницкая. Л., 1970.
Народные русские сказки А.Н. Афанасьева. В 3-х томах. М., 1984–1985.

Несис К. Поиски гигантского кальмара // Наука и жизнь, № 1, 2001.
Николай (аббат). Дорожник / Мельникова Е.А. Древнескандинавские итинерарии в Рим, Константинополь и Святую землю // Древнейшие государства Восточной Европы. 1999 г. Восточная и Северная Европа в средневековье. М., 2001.
Нихон сёки – анналы Японии. Т. I. Пер.: Л.М. Ермакова, А.Н. Мещеряков. М., 1997.
Новиков В.И. Рыцарские странствования в русской литературе // Интеллигент. М., 2005.
Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Пер.: Ю.А. Голубец. СПб., 1997.

Овидий Назон П. Метаморфозы. Пер.: С. Шервинский // Овидий. Собрание сочинений. Т. II. СПб., 1994.
Овидий Назон, П. Героиды. Пер.: С.А. Ошеров // Публий Овидий Назон. Элегии и малые поэмы. М., 1973.
Овидий Назон, П. Фасты. Пер.: Ф. Петровский. // Овидий. Собрание сочинений. Т. II. СПб., 1994.

Павел Диакон. История лангобардов. Пер.: Ю.Б. Циркин. СПб., 2008.
Павсаний. Описание Эллады. Т. I–II. Пер.: С.П. Кондратьев. М., 2002.
Палефат. О невероятном. Пер.: В.Н. Ярхо // Вестник древней истории, № 3, 4, 1988.
Петр Сицилийский. История павликиан. Пер.: Р.М. Бартикян / Бартикян Р.М. Петр Сицилийский и его "История павликиан" // Византийский временник. Вып. 18. М., 1961.
Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты. М., 1980.
Плавание Майль-Дуйна. Пер.: А.А. Смирнов // Ирландские саги. Л., 1929.
Плавание святого Брендана. Средневековые предания о путешественниках, вечных странниках и появлении обитателей иных миров. Пер.: Н. Горелов. СПб., 2002.
Плотникова А.А. Севернобалканский ареал народных представлений о змее. Интернет-публикация сайта «Славянская этнолингвистика»: http://www.rastko.rs/projekti/etnoling/delo/12039.
Плутарх. Застольные беседы. Пер.: Я.М. Боровский. Л., 1990.
Плутарх. О доблести женский. Пер.: Я.М. Боровский // Плутарх. Застольные беседы. Л., 1990.
Плутарх. Тесей. Пер.: С.П. Маркиш // Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Т. I. СПб., 2001.
Помпоний Мела. О положении Земли. Пер.: С.К. Апт // Античная география. М., 1953.
Псковские летописи. Вып. 2. М., 1955.

Рак И.В. Египетская мифология. СПб., 2000.
Рак И.В. Мифы древнего и раннесердневекового Ирана. СПб.-М., 1998.
Русалка на ветвях сидит... [интервью О.М. Ивановой-Казас журналу «Санкт-Петербургский университет»]. Интернет-публикация: http://journal.spbu.ru/2002/07/24.html.
Русские христианские песни и сказы Орловской губернии. Интернет-публикация: http://krotov.info/lib_sec/04_g/gol/ubin_01.htm.
Русский рисованный лубок конца XVIII – начала XX века. М., 1992.
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М., 1980.

Сандомирский И.Г. Горгономедуза (Gorgonomedusa) – прообраз горгоны Медузы // Биология моря, № 2, 2005.
Северин Т. Путешествие на «Брендане». По пути Ясона. Экспедиция «Улисс». М.–СПб., 2008.
Сенека, Л. А. Геркулес в безумье. Пер.: С.А. Ошеров // Сенека. Трагедии. М., 1991.
Сенека, Л. А. Медея. Пер.: С.А. Ошеров // Сенека. Трагедии. М., 1991.
Сенека, Л. А. Эдип. Пер.: С.А. Ошеров // Сенека. Трагедии. М., 1991.
Сказка о Синдбаде-мореходе. Пер.: М.А. Салье // Книга тысячи и одной ночи. Ночи 271–680. СПб., 1999.
Сказка о славном могучем богатыре Еруслане Лазаревиче. Ростов-на-Дону, 1987.
Скраливецкий Е.Б. Цуба – легенды на металле. М., 2006.
Славянская мифология. Энциклопедический словарь. М., 1995.
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV – XVI в.). Ч. 2: Л–Я. Л., 1989.
Соколов Ю. Лубочная литература (русская) // Литературная энциклопедия. Т. VI. М., 1932.
Солин Г.Ю. Собрание достопамятных сведений. Пер.: И.И. Маханьков. Интернет-публикация: http://ancientrome.ru/antlitr/solin/crm_f.htm.
Старшая Эдда. Пер.: А. Корсун. СПб., 2001.
Стаций П.П. Фиваида. Пер.: Ю.А. Шичалин. М., 1991.
Страбон. География. Пер.: Г.А. Стратановский. Л., 1964.
Суды Соломона. Пер.: Г.М. Прохоров // Библиотека литературы Древней Руси. Т. III. XI–XII века. СПб., 1999.
Суждения Духа разума. Пер.: О.М. Чунакова // Зороастрийские тексты. Суждения Духа разума (Дадестан-и меног-и храд). Сотворение основы (Бундахишн) и другие тексты. М., 1997.
Сыма Цянь. Исторические записки. Т. I, II, IV. Пер.: Р.В. Вяткин. М., 1972–1986.

Танасийчук В.Н. Невероятная зоология // газета «Биология», № 7, 2010.
Тацит П.К. Анналы. Пер.: А.С. Бобович // Публий Корнелий Тацит. Анналы. Малые произведения. История. М., 2003.

Фазлаллах Рашид ад-Дин. Огуз-Наме. Пер.: Р.М. Шукюрова. Баку, 1987.
Фаминцын А.С. Божества древних славян. СПб., 1884.
Физиолог. Пер.: Е.И. Ванеева. СПб., 1996.
Физиолог. Пер.: О.А. Белоброва // Библиотека литературы Древней Руси. Т. V. XIII век. СПб., 1997.
Филострат Младший. Картины. Пер.: С.П. Кондратьев // Филострат (Старший и Младший). Картины... Рязань, 2009.
Филострат Старший. Картины. Пер.: С.П. Кондратьев // Филострат (Старший и Младший). Картины... Рязань, 2009.
Филострат, Ф. Жизнь Аполлония Тианского. Пер.: Е.Г. Рабинович. М., 1985.
Фрагменты ранних греческих философов. Часть I. М., 1989.
Фукидид. История. Пер.: Г.А. Стратановский. М., 1999.

Хроника Бенедикта, монаха из [монастыря] Св. Андрея. Пер.: И. Дьяконов. Интернет-публикация: http://www.vostlit.info/Texts/rus17/Chr_Bened_st_Andreae/frametext.htm.
Хуэй-цзяо. Жизнеописания достойных монахов (Гао сэн чжуань). Пер.: М.Е. Ермаков. M., 1991.

Цезарь Г.Ю. Записки о Галльской войне. Пер.: М.М. Покровский. М., 2002.

Чегодаев М.А. Древнеегипетская «Книга Мертвых» // Вопросы истории, №№ 8, 9, 1994.
Чубова А.П., Иванова А.П. Античная живопись. М., 1966.

Шестоднев Иоанна экзарха Болгарского. V слово. М., 1996.
Шкрабо Д. Битва при Клонтарфе 1014 г. Интернет-публикация: http://www.xlegio.ru/ancient-armies/medieval-warfare/battle-of-clontarf-1014/.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона.
Эпос о Гильгамеше. Пер.: И.М. Дьяконов. СПб., 2006.
Эратосфен. Катастеризмы. Пер.: А.А. Россиус // Небо, наука, поэзия. М., 1997.
Эсхил. Прометей прикованный. Пер.: С. Апт // Эсхил. Трагедии. М., 1971.


Юань Кэ. Мифы древнего Китая. Пер.: Е.И. Лубо-Лесниченко, Е.В. Пузицкий, В.Ф. Сорокин. М., 1965.


Японские легенды о чудесах IX–XI вв. Пер.: А.Н. Мещеряков. М., 1984.


На иностранных языках

A Chinese Bestiary: strange creatures from the guideways through mountains and seas. Berkeley – Los Angeles – London, 2002.
An Elizabethan Zoologist // The Cornhill magazine. New series, vol. XXII. London. 1894.
Ashton J. Curious Creatures in Zoology. London, 1890.
Banse, K. Mermaids – their biology, culture, and demise // Limnology and Oceanography, 35(l), 1990.
Claudian. Phoenix // Claudian. Vol. II. Cambridge, 1922.
Lactantius. Divine Institutes. Buffalo, NY., 1886.
Philostratus. The Life of Apollonius of Tyana. In two volumes. London – New York, 1912.
Pliny the Elder, The Natural History. Интернет-публикация: http://www.perseus.tufts.edu/hopper/text?doc=Perseus:text:1999.02.0137.
Smith, William. A Dictionary of Greek and Roman Biography and Mythology. London, 1873.
Veltman K.H. Leonardo da Vinci: Studies of the Human Body and Principles of Anatomy Introduction. Интернет-публикация: http://www.mmi.unimaas.nl/people/veltman/articles/leonardo/Lenardo da Vinci Studies of the Human Nody and Prinicples of Anatomy.html.

Оригиналы и переводы древних текстов на сайтах

LacusCurtius: http://penelope.uchicago.edu/Thayer/E/Roman/home.html.
Perseus Digital Library: http://www.perseus.tufts.edu.
Восточная литература: http://www.vostlit.info.
История древнего Рима: http://ancientrome.ru.
Мир истории: http://hworld.by.ru.

Материалы сайтов

Bestiary: энциклопедия вымышленных существ: http://www.bestiary.us.
Dragon’s Nest: http://www.dragons-nest.ru.
The Medieval Bestiary: http://www.bestiary.ca.
Theoi Greek Mythology: http://www.theoi.com.
Википедия (Интернет-энциклопедия): http://ru.wikipedia.org.
КИГРУ: http://www.kigru.ru/.
Мифологическая энциклопедия: http://myfhology.narod.ru.
Русская старина: http://www.starina-rus.ru.
Сайт Восточного института Чикагского университета: http://oi.uchicago.edu.
Сайт клана Келли: http://www.kelly-clan.com.
Сайт музея Лувр: http://www.louvre.fr.
Сайт Русского центра флаговедения и геральдики: http://www.heraldicum.ru.


Указатель мифозоев

Аванк – см. Афанк
агишки 195
ажи 23
Ажи-Дахака 23, 24
Алкионей (гигант) 33–34
Алконост 179 – 181, 183
Амт (Аммат) 16
амфисбена 144, 145
Апоп 11, 12
аспид 208
аспидохелон 261
Афанк (Аванк) 193

Балаур 205, 206
баосяо 233
баргест 193
башэ 248
бифан 237, 244
бо 233
Бог Холма 232
бочи 232
Бриарей (Эгеон) 25, 26, 31, 32, 35 – 37
бубри 197
быки
            быки Эета 101
            быки эльфийские 194, 195
бэнь 237

Василиск 145, 146, 163 – 165
Васим 260
вепрь Калидонский 80
верблюдопардус 177
витренник 206
водяной 265

Гайтраш 193
Гамаюн 183 – 185
гарпия 103 – 107
Гаруда 185
гекатонхейр 25 – 32, 35 – 38
Герион 39, 40, 50, 51, 71, 72
гигант 32 – 35
гидра Лернейская 51 – 56
Гиес 25–26, 32, 36
Гопатшах 22
Гоу-ман 244
грим 193, 194
грифон (гриф) 17, 21, 151 – 154
гуаньгуань 232
Гунь 244, 245

Дафын 248
Дельфина (драконица) 46
дракон
            дракон абиссинский 215, 216
            дракон Кадма 98 – 102
            дракон колхидский 59 – 61
            дракон-чусин — см. чусин
            драконы античные крылатые 102, 103, 141 – 143
            драконы арабского востока 212 – 213
            драконы африканские 141 – 143, 215, 216, 229, 230
            драконы восточноевропейские – см. змеи восточноевропейские
            драконы западноевропейские 200 – 204, 207, 219 – 223, 227 – 229
            драконы китайские (и центральноазиатские) 213 – 215, 219, 220, 235, 244, 245, 249 – 254
            драконы корейские 254 – 255
            драконы хоботные 214, 215
            драконы японские 254 – 258
            см. также змей.
дундун 240

Единорог 163, 168 – 173, см. также цилинь
Ёрмунганд 199
Ехидна 41, 49 – 52

Жар-птица 185, 186
жу 232, 237
жучжэн 239
жэньюй 237

Зилант 209
змей
            змеи древнеегипетские 11 – 13
            змеи восточноевропейские 205 – 211, 220 – 223
            Змей Горыныч 208
            змей морской летучий 211, 212
            Змей Огненный 208
            см. также дракон, Тугарин Змеевич

Ими-Ухенеф 12
Индрик (см. также единорог) 173
ино 263, 264
Инчжао 232

Кабилл-ушти 195
камелопард 177
Кампа 27 – 30, 51, 53
каппа 258, 259
Кара 22
Каршипта 23
катаблепас 146, 147
келпи 196
кентавр 118 – 130, 163, 174 – 176
Кербер – см. Цербер.
кинокефал (киноцефал) 155 – 158, 162
Китоврас 174, 175
кит-рыба 173
«киты» Посейдона
            троянский 94 – 96
            эфиопский 92 – 94
козлы Тора 198
кокатрикс – см. василиск
кони водяные 195 – 197
котик морской пышнохвостый 268
Котт 25–26, 29, 32, 36
кракен 262
крокодил 176, 177, 208
Куй 235
Ку-Ши 194

Ладон 57, 58
ламассу (лама) 20
Ламашту 20, 21
Ламия (ламии) 115 – 118
лев
            лев Киферонский 78
            лев Немейский 77 – 79
левкрокота 160
лиху 234
лошадь небесная 233
луань — см. фэнхуан
лунчжи 234
лунъюй 234
люди-скорпионы 19

Мáкара 214
малис 213
мантикора 160, 161
медуза (рыба) русская 176
Мерит-Сегер 12
Мехен-та 12
Минотавр 130 – 135
морские люди 267
Мушхуш 18

Нава-рупа 214, 215
Небесный Бог 232
Нидхёгг 198
Нюй-ва 244

Огнивак 185
онокентавр 163
Орел (Зевсов) 76–77
Орф (Орт, Ортр) 40, 50, 51, 67, 71, 72, 78

Пазузу 20, 21
Пегас 64, 65, 135 – 139
пиньса-рупа 214, 215
Пифон 43 – 46
Поглотитель миллионов 15
Пожиратель ослов 15
Полибот (гигант) 34
Полкан 175, 176
Порфирион (гигант) 34
птицы стимфалийские 112 – 114

Рататоск 198
регул – см. василиск
русалка рыбохвостая 178, 264 – 267
рыбы
            рыба-кит – см. кит-рыба
            рыба хищная ленинградская 268
            рыбы-острова 190, 260 – 262
            см. также: аспидохелон, Васим, Ясконтий

Саламандра 165 – 168, 237
свинья Кроммионская (Фэя, Фея) 51, 79
сегоу 234
Семаргл – см. Симаргл
Сенмурв 23, 178
Сехримнир 198
сечжай247
си 239
Симаргл 177, 178
сирена
            сирена античная 107 – 112, 181
            сирена средневековая (рыбохвостая) 181
Сирин 181 – 183, 185, 192
сируш 18
Скилла – см. Сцилла.
Слейпнир 198, 199
Страж Пустыни 12
Страфиль-птица 173, 174
суаньюй 237
сфинкс
            Сфинкс греческий (Сфинга) 65 – 71
            сфинкс египетский 16, 66
сцилла
            Сцилла (Скилла) 81 – 88, 92
            сцилла двувидная 89
Сэрвар (Сровар, Срувар) 24
Сянлю 245
сяо 237

Таранд 154 – 155
Тифон 40 – 43, 46 – 53
Тот, кто отражает оскверненного 15
Тугарин Змеевич 177, 208, 209

Фафнир 203, 204
феникс 147 – 151, 184, 238, 239
Фенрир 199
Фея (Фэя) — см. свинья Кроммионская
Фу-си 244, 251
фынли 249
фыншэншоу 242
фэй 234
фэн — см. фэнхуан
фэнхуан (китайская разновидность феникса) 238, 239

Хантай 264
Хань-лю 245
Харибда 85 – 92, 111
Хейдрун 198
Химера 61 – 65, 136
Хирон 122 – 126
Хора 21, 22
хуа 234
хуан — см. фэнхуан
Хуан-ди 238, 244, 246, 251, 252
хуаньшу 240
Хувава (Хумбаба) 18, 19
Хума (Хумайя) — см. Гамаюн
хэй-чи-лун (дракон водяной центральноазиатский) 213, 214
Хэ-Бо 263
Хэло 236

Цербер 71 – 76
цзочи 248
цзюин 248
цилинь 239, 240
цицяо 238
цунцун 234
цюй 237
цюнци 233, 246, 247

Чанфу 232
человеко-медузы 268
червь индийский речной 159, 160
чжи 236
Чжуинь (Чжу-лун) 236
чи 237
Чинамрош 23
чудовище Лох-Гарманское 187
чусин 214
чэнхуан 240

Шаркань 206, 207
шеду 20
шижоу 242, 243
шуху 233

Эал 160
Эгеон – см. Бриарей.
Эйктюрнир 198
эксихейр 38, 39
Эмпуса (эмпусы) 115, 117 – 118
Энкелад (гигант) 34
энфилд 197
эх-ушге 195, 196

ю 236
юй 237
Юй 245, 246, 251
юю 234, 245, 247

Якул 143
Ямата-но вороти 256
Ясконтий 190, 261
Яюй 247



Наши адреса: ivik(#)xlegio.ru       olegivik(#)narod.ru